Уметь гасить конфликты, быть опорой своему мужу, создавать уют и являть на свет детей. А вот какое им дашь воспитание, такими они и вырастут. Вера любила говорить с детьми, прививать им правильные мысли, делать важные выводы. И среда располагала, давала благоприятную почву, на которой взойдут только хорошие посевы.
В магазине Ванька стоял у витрины с сыром, раздумывая, какой выбрать. Телефон в кармане зазвонил, и парень ответил.
- Ну что они сказали? – голос Катеньки был весёлым и томным. Она всё ждала, когда Ваня сам позвонит, чтобы поведать, как восприняли родители новость, хотя первостепенно именно с ними он и говорил, чтобы узнать, что они думают по поводу свадьбы. А уже после отправился к тёще с тестем.
- Да, - его голос шёл в разрез с её, и девушка как-то подобралась, почуяв неладное.
- Они передумали? – спросила испуганно.
- Мама в больнице.
И пришлось ему рассказать всё, что он знал.
- Значит, свадьбу придётся перенести? – грустно поинтересовалась Катя, будто именно это имело сейчас значение.
Его мама, Вера, та, что подарила ему счастливое детство, та, что шла в разрез со многими мнениями, отстаивая своё, та, что бросилась защищать его тогда, в парке, сейчас была не дома. И кто знает, что уготовано для неё и для всех них.
- Я не знаю, Кать. Через пару дней скажут, что к чему.
- Ясно. Ну ладно, пока.
Ванька положил телефон в карман, но у него складывалось такое чувство, будто был он перед невестой в чём-то виноват. Словно должен был летать на крыльях из-за предстоящего торжества, а он будто и не радуется. Да что говорить, конечно, он рад. Только грешно думать о празднике, когда в семье такое случилось.
Уже на кассе его хлопнули по плечу, как старого знакомого, и парень, обернувшись, разочарованно окинул взглядом стоящего перед ним.
Глава 5
Перед Ванькой стоял Карим, как его называли в узком кругу из-за фамилии, хотя имя он носил Дамир. Ушлый татарин, присматривающийся к бойцам, чтобы нанять их на игру-другую в бои без правил. Уже несколько раз он приставал к Ваньке с предложениями, но тот отвечал отказом.
- Привет, Уйбаан, - решил Каримов зайти с козырей. – Корни надо чтить, назвали мама с папой именем, будь горд, как я, - он уложил пятерню на свою грудь, будто выражая родителям благодарность. – Я смотрю, ты курьером заделался, по списку покупаешь, совсем с деньгами плохо?
Бородин-старший знал татарина не понаслышке. Дамир умел убеждать, потому уводил у Николая чуть ли не лучших, обещая золотые горы. Но Кариму хотелось выставить именно Ваньку против кого-то. Все говорили про молодого Бородина, потому он непременно обязан был заполучить его себе хотя бы на игру. А там, как только Ванька почует вкус денег, будет уже другой разговор.
Ванька молчал. По совету отца он не поддавался на провокации. Сколько таких, как Каримов, придётся послать. Но этот вцепился, как клещ.
Татарин ухватил банку сардин из корзины Ваньки, рассматривая производителя.
- Наши, - скривился, будто узнал что-то настолько ужасное, что его стало воротить. – А можешь рыбу европейскую есть.
Ванька отнял у него банку и положил обратно, поворачиваясь к нему спиной.
- Слышал, у тебя девчонка свадьбу хочет, тебе кольцо отец покупать будет? – зашептал Дамир в левое ухо парню, и Ванька сжал желваки и закрыл на мгновение глаза.
Когда он злился, лучшим решением было избить противника мысленно. Он впечатывал кулаки Каримову в лицо, пока тот не упал на ринге. Три секунды, и вдох вырвался из груди Ивана, а злость отступила.
Он принялся вытаскивать на подвижную чёрную ленту содержимое, чувствуя спиной татарина. Но как только тот поймёт, что раздражает, станет приставать сильнее.
- Мне не интересны деньги. Я еду на чемпионат Европы, - лишь сказал ему Ванька, становясь по другую сторону от кассира, чтобы складывать продукты в пакет.
- Где гарантия, что ты выиграешь? – набивал себе цену Дамир. – Плюс, напоминаю про допинг.