Глупо, может быть, но он услышал ответ в листве, которая зашуршала над головой от ветра (не исключено, что это дед Герман вместе с бабушкой Катей потревожили ветки), и усмехнулся, закивав, мол, я понял, ты согласен: сейчас не время.
— Здравствуйте, — услышал знакомую ласковую интонацию.
Роберт Вадимович повернул голову, это была Ася, она подошла, села рядом и поинтересовалась:
— Я помешала, вы молитесь?
— Нет, я разговаривал.
— С кем? Здесь же никого нет.
— С дедом. Его на этом дереве повесили.
— Считаете, его душа здесь? — осторожно спросила Ася, вероятно, заподозрив, что Роберт Вадимович слегка шизует.
— А почему бы не представить, что душа моего деда здесь? Мы не знаем, где его закопали, во время оккупации казненных сбрасывали в общую яму, а казнили немало. Обычно это делали ночью, чтобы не оставить родным надежды захоронить тело. Значит, его душа где-то рядом, еще в Элизиуме.
— Почему у людей столько злобы, столько ненависти? Меня вон тоже ни за что хотели убить.
— Милая Ася, это вечные вопросы, на которые так и не нашли ответов люди покруче нас.
— Вы нашли сокровище Беликова?
Он взглянул на девушку с умными глазами, улыбнулся и отрицательно покачал головой.
— Вы нашли, — догадалась Ася.
— Не захотело сокровище отдаться мне в руки, Асенька, значит, не пришло время. Но история идет по спирали — так говорят ученые мужи, следовательно, такое время настанет, и сокровище Беликова найдет человека, который им правильно распорядится, как завещал сам хозяин.
— Наверное.
— Ася, я переговорил с нашим главой, посоветовал, чтобы на должность директора музея назначили тебя.
— А я справлюсь? У меня характер…
— Моя бабушка Катя была похожа на тебя, милая, нежная и с ласковым голосом. Но руководила крепкой рукой.
— Как вам удалось узнать меня?.. В музее есть другие, которые хотят…
— Есть способы, Ася, убедить, а у меня есть право советовать кандидатуру. Вам всегда поможет моя жена с бухгалтерией, с организацией, обращайтесь. Тем более ваше образование позволяет вам руководить музеем.
— Спасибо. Я так счастлива…
Егор присел на край кровати, на которой лежал отец в отдельной палате. В офисе Виктор Олегович упал, вызвали скорую, привезли в клинику — инфаркт.
— Папа, ты как себя чувствуешь? Ты меня звал, я пришел.
— Да, вижу. Сын, позаботься о матери, сестре и бабушке. Я хотел, чтобы ты женился на…
— Помню, не будем об этом.
— Будем. Надеялся, что, когда умру, отец твоей жены поможет тебе во всем, он не бросил бы тебя. Наши женщины не приспособлены ни к чему, но их надо содержать, тебе придется…
— Папа, не волнуйся, я все сделаю, не брошу их, это исключено. Ты, главное, выздоравливай.
— Ты успокоил меня, иди.
Егор прошел к главному врачу, сел напротив с вопросом:
— Что с моим отцом?
— Честно? Неважно. Помимо инфаркта у него кровь… ну, очень плохие анализы, очень.
— Онкология? (Доктор утвердительно кивнул, да не один раз.) А операция? Я готов донором стать…
— Не поможет. Он еще будет жить какое-то время, окружите его заботой, этого будет достаточно, а мучить не стоит, поверьте.
Егор вышел из клиники, не знал, куда ему деться. В Элизиум?
В замке рабочие собирались домой, Лена стояла у плиты, кажется, ей по душе роль кухарки. Мишка что-то строгал, сообщил, что они с Леной, хорошая новость. Расстраивать друзей своими новостями не стал, ни к чему это. Появился Аристарх шумно, сообщив, что без этого замка жизнь не та, приехал с подругой по имени Людмила, очень симпатичная, надо сказать, смелая, Егор предупредил:
— Смотри, Людмила, он у нас бесшабашный, диковатый.
— Справлюсь, я закончила курсы дрессировщиков, — не испугалась та.
За столом обсудили дальнейшую работу, Егор занимается проблемами семьи, но будет курировать работу здесь, а Миша главный. Заодно обещал научить делать итальянскую плитку, которой выложен пол и в некоторых комнатах стены.