Свел закончил, командующие молчали, обдумывая сказанное. Волнительный момент: что решат командующие, как разрулится ситуация? При любом раскладе ничего катастрофичного.
Поднялся адмирал Горлов, его авторитет во флоте непререкаем, и заговорил.
– Председатель, командующие, сегодня произошло эпохальное событие, мы победили джао, заставили подписать капитуляцию, отстояли свою независимость и право на самоопределение без влияния извне. Ничего бы этого не случилось, если бы не личное участие маршала Свела в этих событиях. Он организовал отпор флотам джао, заставил нас поверить в победу и победил. Он – истинный вдохновитель наших побед. Ура маршалу!
Зал ликовал, ситуация кардинально менялась. Свел не ожидал, что Горлов окажется таким психологом, а тот продолжил:
– Такой председатель, как маршал Свел, видит сквозь время, видит будущее, видит лучше нас, давайте доверимся его стратегическому предвидению, он знает, что делает. Если заключил договор, нужно выполнять, иначе какой пример мы покажем другим цивилизациям. Действуйте, председатель, так, как считаете нужным, мы не политики, мы военные, наше дело – война и защита союза.
Командующие снова разразились аплодисментами.
– Спасибо за доверие, командующие межгалактического флота, решение принято, а теперь прошу в банкетный зал, отпразднуем победу. Командующий Кхоэл, вас тоже приглашаю. После банкета приводим в порядок флоты и следуем к месту базирования.
Кхоэл отнесся к приглашению с пониманием, но решил отказаться, поблагодарил Свела за такую честь и отбыл к флоту: нужно многое сделать и решить, как поступить дальше.
Если Кхоэл решил не думать, то Свел думал, и очень даже активно, понимая, что команды, получив свободу от контроля джао, могут пойти вразнос, поэтому пригласил к себе командующих эскадрами кибдиго Семенова и Пьета.
– Господа, спасибо за работу, вы выполнили свой долг, ваш вклад в победу неоценим. Но праздновать рано. Кхоэл отбыл к своим флотам, кто знает, как себя поведут экипажи кораблей. Объединенный флот состоит из флотов разных рас и цивилизаций, с этим придется разбираться нам, на какое-то время нужно заменить джао. Нет, не брать под контроль, а слегка корректировать сознание флота, избавить от излишней агрессии, направить энергию в нужное русло. Для чего нам это нужно, вы понимаете. Представители цивилизаций во флотах могут стать залогом освобождения рас от джао. В будущем такое направление в политике станет основным, за счет этого мы сможем расширить границы союза и ослабить влияние джао.
– Не беспокойтесь, председатель, все сделаем. Сильно напрягаться не надо, чтобы все держать под контролем, достаточно трети наших возможностей.
– Ну вот и отлично.
Покончив с текущими делами, решил заняться вопросами управления Межгалактическим союзом. Не зря Талис анонсировал его полную независимость от второго сопредседателя. Настала пора проверить, как обстоят дела на этом направлении. Для начала решил связаться с Торетом, занимающим серьезную должность руководителя аппарата межгалактического совета, в его руках находились все политические ниточки, за которые по необходимости дергал. Надо отметить, он имел политическое чутье и держал нос по ветру, отношения со всеми поддерживал ровные, рабочие, пережил немало катаклизмов на своем посту и сумел удержаться, только одно это дорогого стоило. Свел дал команду вызвать в эфир Торета, через некоторое время связист доложил, что связь установлена.
– Господин Торет, добрый день, как дела? Нет ли каких-нибудь срочных документов? – Свел прощупывал почву.
– Здравствуйте, господин председатель Межгалактического союза, новости есть, весьма неожиданные. Ваш сопредседатель Соо ушел в отставку. Джао подтвердили, что они больше не будут участвовать в руководстве межгалактическим советом, поэтому внезапно вся власть в Межгалактическом союзе перешла к вам, вы теперь единолично руководите союзом. Поздравляю и желаю процветания союзу при вашем руководстве, а мы, скромные аппаратные работники, все сделаем, для того чтобы вы не испытывали трудностей.
Из этой речи Свел еще раз понял, почему Торет усидел при всех сменах власти: из-за своей толерантности и имиджа незаменимого работника. Маршал знал, незаменимых работников не бывает, но об этом решил подумать позже, сотрудников аппарата нужно менять, здесь сомнений не возникало, только не сразу.