Я подхожу к седану и кладу руку на приоткрытую дверь, чтобы двинуть по роже Мэта, как только узнаю, что он шарился рядом с нами утром.
— Тогда вы видели, кто входил в наш номер недавно? — спрашиваю его.
— Горничная с пакетами и твоими шмотками, — издевается Мэт.
— До нее, — давлю я. — Я слышал, что кто-то ходил по номеру, когда мы спали.
— Исключено, — отвечает Лекс.
— Что за обвинения? Думаешь, кому-то приятно смотреть, как вы трахаетесь? — язвит Мэт.
Склоняюсь и заглядываю внутрь:
— Для наемного работника Нокса у тебя слишком длинный язык.
— Остынь. Никто не заходил. Я ручаюсь, — говорит Лекс и кладет руку на мое плечо. — Кстати. Звонил Джон…
— И?
— Все в порядке. Он дал добро. Но если еще хоть раз захочешь обмануть нас со своим дружком, учти, тебе и ему — конец, — Лекс достает навигатор. — Куда едем?
— Мы возвращаемся в порт, а оттуда на остров, — нарочно тараторю я. — Ночью в заливе был штиль, а сейчас дует ветер с океана. Открытый катер не подходит. Нужен катер с хардтопом. Закажите у Била Госнера, он занимается арендой судов. У него всегда есть парочка в запасе для платежеспособных гостей. Скажите, что от меня. До острова плыть полтора часа, и я не хочу, чтобы Вив простыла. И еще. Вам бы не помешало одеться, как ходят обычные люди. В костюмах и рубашках вы спятите там.
— Сделаем, — говорит Лекс и кивает третьему. — Нужен номер.
— Сейчас, только найду телефон.
Чтобы достать его, я подхожу к своей тачке и демонстративно осматриваю ее. Я никому не доверяю, поэтому ищу жучков, посторонние предметы на окнах и дверях, даже проверяю днище под недовольные вздохи конвоя.
Вроде чисто, поэтому я спокойно открываю дверь и первым делом открываю бардачок. Там остались две самые важные вещи: смартфон и пачка презервативов.
Как я мог забыть их вчера?
Кидаю пачку в сумку на заднем сидении, а парочку кладу в карман. На всякий случай.
Охренеть, сколько сообщений и звонков за одно утро!
Несколько от Луиса, еще пара от сестры Марии… Наверное, хотела узнать, как прошла наша встреча. Еще десять с двух стационарных номеров и один от Эймса.
Ладно, разберусь потом.
Отыскав нужный номер, я закрываю машину и показываю контакт Била Лексу, а сам спешу обратно. Вив уже в полной готовности, крутится перед зеркалом в ванной в коротких шортиках и открытом топе с сеткой сверху.
Как она успела так быстро собраться?
— Ты самая красивая женщина, — говорю и обнимаю ее за талию. — Придется закрывать тебя от слюней местных мужиков.
— Там так опасно? — нарочно нагнетает Вив, повернувшись.
— Я опаснее, — говорю, поворачиваю ее и прижимаю к стене, удерживая руки над головой.
Сейчас я во всеоружии, хотя не буду врать, что без “защиты” ощущения были намного острее.
Я снова погружаюсь в ее теплые створки губ и навязываю языку свои правила, а одной рукой забираюсь под лифчик, чтобы почувствовать ее твердые соски.
Теперь поверх них только сетка, и этот вид возбуждает еще больше.
Вив изгибается, плотнее сжимая ноги вокруг меня, и в перерывах между поцелуем и вдохом пытается задать вопрос: “А… как же… завтрак?”.
Я совсем забыл о нем!
Раньше я наплевал бы на все и оставил нас голодными, лишь бы не упустить очередную возможность насладиться ее телом. Теперь же я хочу думать не только о ее удовлетворении, но и о здоровье и вообще комфорте. Поэтому останавливаюсь и смотрю в сторону стола в гостиной.
Бекон с яичницей для меня. А на ее стороне стоят фрукты, сыр и тост с овощами.
— Сразу видно аристократку, — шучу я и в последний раз легко целую ее в шею. — Хорошо, давай перекусим и в путь. Наш конвой уже готов.
Глава 19
Как только тепло Эвана покидает меня, я просыпаюсь и тяну руку к его подушке. Легкий древесный аромат все еще витает в воздухе, и на миг мне кажется, что я все еще лежу в его объятиях.
Из ванной доносится шелест воды, значит, Эван встал раньше, чтобы привести себя в порядок, а я все еще лежу, растягивая сладкое ощущение нашей близости.
Воспоминания о том, как он чувственными пальцами скользил по моей коже, постепенно накрывают меня волной нежности. Не в силах противостоять им, я начинаю поглаживать живот и поднимаюсь до самой шеи, пока губы не касаются края ладони, напоминая о его поцелуях.
Это была самая потрясающая ночь в моей жизни!
Она разбудила во мне то, о чьем существовании я даже не догадывалась: страсть, раскованность и жажду новых ощущений! Похоже, именно они двигали мной все это время, чтобы вырваться наружу. Мучили, заставляли сомневаться в собственной жизни и в людях, окружающих меня.