Он был постоянным посетителем на наших мероприятиях. Его примерные родители даже не догадывались, что их сын творил там! Но все было в рамках закона, пока он не решил сделать заказ у Луиса на кругленькую сумму, и тот согласился. А потом эту дрянь нашли на вечеринке.
Я узнал об этом, когда нам предъявили новое обвинение и пригрозили 100 годами тюрьмы. Тогда же появился Макс и сказал, что поможет нам решить проблемы взамен на 60 процентов акций, но умолчал, что он и притащил тот самый товар.
100 лет тюрьмы или акции?
Конечно, мы выбрали второе, но с тех пор я не могу ничего предпринять без ведома этого говнюка!
Тогда-то я и решил, что с меня хватит! Мои личные знакомства помогли бы мне начать все заново в одиночку, чтобы больше не зависеть от чьей-то глупости. Но мой новый старт сорвал Уолдер, когда я пришел набить ему рожу и уйти.
Я до сих пор помню этот разговор.
Он стоял у стенки, а я держал его за горло, но тот не боялся, а решил предложить мне выгодную сделку.
— Ты можешь вернуть свою долю и долю Луиса, — сказал он, ерзая, как червяк.
— Как? — прокричал я и ударил кулаком рядом с его головой.
— Отец решил женить меня на некоей писательнице, Вивьен Нокс, а мать напросилась на ужин. Они собираются устроить смотрины.
— И что?
— Отец настроен серьезно, ведь у Ноксов большие связи, но они потребовали за этот брак награду “писатель года” для своей дочери, чтобы сделать ее известной на весь мир, — хрипел он. — Ты не представляешь, как это унизительно! Целый год отец обивал пороги комиссии и искал подход к жюри, чтобы добыть это звание, и скоро Вивьен получит его. Мне же нужно, чтобы ты выставил ее в неприглядном свете до ужина, который состоится после награждения. Отец должен понять, что все его усилия напрасны.
— Конкретнее, что я должен сделать?
— Ты соблазнишь ее, а мои карманные папарацци заснимут вас, и на этом все. Отец увидит доказательства, что Вивьен не такая хорошая девочка, и это поможет мне выпутаться. На время с меня снимут поводок, а дальше — дело техники.
— Никак не пойму, как такое дерьмо все еще живет на свете, Макс? — усмехаюсь я от глупости его предложения.
— Согласен? — спросил он.
— Почему я?
— Твоя репутация сейчас валяется где-то между плинтусом и подошвой моих ботинок, — самодовольно бросил Уолдер, понимая, что он держит меня за горло так же, как и я его. — И так вышло, что только ей под силу окончательно разрушить союз с Ноксами. Взамен я отдам твои акции. Заметь, не продам, а отдам…И в знак моей серьезности я уже договорился с твоим адвокатом — Анной Смитт. Права передачи уже оформлены и лежат в надежном месте. Копия на столе, а твоя помощница в курсе. Можешь позвонить, она подтвердит.
Я решил удостовериться, что эта мразь не лжет, поэтому потянулся за бумагой, сделал пару звонков и понял, что все это правда.
Он собирался избавиться от балласта в виде “ЕL”, потому что нихрена не смыслил в том, чем руководил. А я повелся. Правда, против меня играл еще один аргумент.
Уолдер пообещал превратить мою жизнь в ад, если я сбегу, и у него были все возможности сделать это, потому что его папаша входил в круг элиты города, а может, и страны.
— Идет, — без сомнений ответил я, потому что посчитал эту аферу простым способом избавиться от проблем.
— Тогда начнем с церемонии.
Знаю, что поступил, как подонок, но я пошел на это ради дела своей жизни. Женщины же никогда ничего для меня не значили. Никто из них не задерживался в моей постели и жизни дольше двух дней, потому что я не люблю обязательства.
За всю жизнь была только одна девушка, в которую я втрескался без памяти. Ее звали Мария. Но это было на острове еще до моего успеха, и тогда я был сопляком.
Да, именно из-за договора я творил все это: подошел к Вивьен перед выходом, поймал у сцены, а потом нарочно попался на глаза ее подруге.
Все это была игра, блеф, но я чуть не вляпался сам, потому что эта писательница оказалась почти копией Марии!