Только на этом черная полоса не заканчивается, потому что внизу ко мне подлетает Габи и кричит:
— Сэр, я не смогла остановить ее!
— Я не сэр, — говорю я. — Куда она пошла?
— Туда, — отвечает женщина и указывает на открытую входную дверь.
Чтобы догнать Вивьен, я тут же выбегаю на улицу, и, услышав от двух парней в черном: “Все чисто, вещи в багажнике”, устремляюсь к дороге, нервно оборачиваясь.
Вив идет по тротуару, едва накинув плащ, и ее силуэт навевает на меня те же мысли, что и тогда, на Косте. В тот миг я чувствовал, что не заслужил ее, что разрушил ее мир, и после всего, что она узнала, вряд ли смогу собрать заново. Только в этот раз я не буду поступать так же, потому что все решил для себя и отрезал пути отхода.
Когда после ранения, я чудом открыл глаза, то поклялся, что увезу ее отсюда и сделаю все, чтобы она была счастлива. Поэтому не жду, прыгаю в тачку и останавливаюсь посреди дороги, чтобы преградить ей путь.
— Сядь в машину, Вив! — громко прошу я, понимая, что только так смогу привести ее в чувства.
— Я никуда не поеду с тобой! — кричит она и старается обойти машину сбоку.
— Черт! Тогда я сам посажу тебя! — вскрикиваю и перекидываю ее через плечо. — Этот разговор нужно начать сначала! И ты выслушаешь все, как было! Потому что я уже один раз сделал ошибку и отпустил тебя. Второй такой не будет!
“И вдруг в зал вошел мужчина мечты, бизнесмен и меценат, и тут же завладел вниманием Вивьен. Красивый, как ангел, спустившийся с небес, он медленно шел в ее сторону, заставляя сердце трепетать от волнения, и, остановившись на расстоянии вдоха, протянул ей руку со словами:
— Разрешите украсть вас?
— На один танец? — задумчиво переспросила она.
— На всю жизнь, — серьезно заявил он, сжимая ее ладонь”.
Отрывок из романа В. Нокс “Эван и Вивьен: История любви”.
Все происходящее кажется мне чудовищным сном, только я не могу ущипнуть себя и проснуться. И дело не только в нападении или словах Уолдера, а в том, что именно сейчас я слышу, как с треском разрушился мой мир!
Это не случилось в одночасье, просто сегодня я дошла до последней черты, за которой возникнет новое будущее или растворится в пустоте, что сейчас захватила меня.
Родители, Тина, Эван, Уолдер… Все они были частью бесчеловечной игры, и я не могу понять, как и почему это случилось со мной!
Почему я? За что? Неужели, они просто почувствовали слабость и напали сразу со всех сторон? Уничтожили все светлое, что так долго жило в душе и не позволяло мне сломаться?
За что? — этот вопрос застывает в воздухе и, похоже, превращается в лед, готовый обрушиться мне на голову в любую минуту. А позади маячит свет фар автомобиля Эвана, и, словно последняя надежда во мраке, призывает меня остановиться.
Я не готова говорить с ним, и, стирая слезы, продолжаю идти, но он набирает скорость и быстро преграждает мне путь. Несмотря на мои крики и сопротивление, Эван осторожно берет меня на руки и перекидывает через плечо, а затем усаживает на заднее сидение.
— Что вы за люди? — продолжаю кричать. — Почему все вы так поступаете со мной? Мама отказалась от меня из-за поездки с тобой, отец оказался чудовищем, а Тина и ты… Все вы лжете и не считаетесь с другими! Все!
— Вивьен, я понимаю, ты пережила страшное, и я… — с дрожью в голосе старается оправдаться Эван, но этим делает мне только больнее.
— Ничего не говори, — прошу я, собравшись калачиком. — Тебе и не представить, что сейчас творится у меня внутри.
— Хорошо, — напряженно произносит он и некоторое время смотрит вперед, но после пытается продолжить: — Я знаю, что он сказал и показал тебе, но те фото — подделка! Меня не было здесь вчера, и мои раны…
— К черту фото, Эван! — внезапно вскрикиваю я. — Я ни минуты не верила в них! Уолдер и ваш договор. Это правда?
Услышав прямой вопрос, он откидывает голову и нехотя бурчит, смотря вверх:
— Да. Я бы мог соврать тебе, Вив, чтобы успокоить и побыть героем, но это не так. Из-за моей лжи и так случилось слишком много…
— Боже, — всхлипываю я, прижавшись лбом к подголовнику.
— Не знаю, что повлияло на меня, — произносит Эван, — может, чудо, но вчера я дал себе обещание: больше никаких секретов и вранья. Только, когда увидел тебя в том зале, у меня просто разум помутился, хотя, черт, никакие оправдания вроде тех, что я готовил для этого, неважны. Больше нет.
Услышав это, я с новой силой начинаю рыдать, вцепившись пальцами в кресло, но в глубине души хочу снова прижаться к Эвану и забыть все, что произошло. В сущности, если бы не мое безрассудное желание вырваться из дома, я бы не доверилась ему, не отправилась на остров и не потеряла веру во все, что окружало меня…