— Мне пора, — тихо произносит он, поглаживая мое лицо с выражением глубокой скорби.
— Куда? — судорожно кричу я.
— Туда, откуда ты вырвала меня на время, — отвечает он, и его образ начинает расплываться, превращаясь в туман.
От ужаса я падаю на колени и продолжаю рыдать, пока не вздрагиваю, и, открыв глаза, вновь не вижу Эвана.
Но живого и настоящего, как все, что окружает меня!
— Боже, — шепчу я. — Я думала, что все это правда.
— Что правда? Тебе приснился кошмар? — спрашивает он, наблюдая, как я дрожащими руками сжимаю его спину и никак не могу успокоиться.
— Да, ты оставил меня…
— Нет, я здесь, — тихо отвечает он, но отчего-то в его голосе тоже ощущаются нотки дрожи. — Мы на месте. Я решил подождать, пока ты проснешься.
— Лучше бы ты сразу разбудил меня, — говорю и приподнимаюсь при виде очертаний города вдали. — Где мы?
— На вертодроме.
Как только он открывает дверь, с улицы врывается поток свежего воздуха, и соленый запах океана быстро заволакивает салон. Выглянув, я замечаю большой вертолет, стоящий неподалеку, но мое внимание приковывает не он и даже не завораживающий вид на залив, а подвергнутый рукав рубашки Эвана.
Наверняка он уже вколол обезболивающее, поэтому чувствует себя намного лучше, но сон, что яркой вспышкой снова проносится в голове, заставляет меня замереть от тревоги.
— Что произошло? — спрашиваю я. — Как ты получил эту рану?
— Пуля, — с неожиданным спокойствием отвечает он, обняв меня. — Одна — по касательной, вторая зашла внутрь, но не повредила органы. Все нормально, я же могу ходить… и не только.
— С обезболивающим! — не унимаюсь я. — Эван, это не шутки! Мы сейчас же поедем в больницу!
— Вив, я обещал, что займусь этим завтра, значит, так и будет, — он останавливая мои попытки вернуться в авто. — Не упрямься. Тебе понравится.
— А что именно?
— Надеюсь, все, — с улыбкой говорит он и подводит меня к пилоту, что все это время тихо наблюдал за нами.
— Наконец, я уже успел отвезти Ксавьеро и вернуться, — жалуется он.
— Возникли сложности, — бурчит любимый и открывает передо мной дверь. — Но сейчас все в порядке. Погнали отсюда.
Пилот кивает и быстро забирается в кабину, а мы располагаемся сзади, заняв кресла рядом с иллюминатором.
Со знанием дела Эван ловко пристегивается, каким-то образом поняв, как все эти ремни соединить между собой, и надевает наушники, а я не понимаю — зачем, и минуту верчу их в руках.
— Так, мы будем слышать друг друга даже в шуме, — объясняет он и надевает их на меня, а затем помогает пристегнуться.
— Я впервые в вертолете, — оправдываюсь и с интересом осматриваю салон, но, когда мы начинаем плавно подниматься, хватаюсь за Эвана, будто не было того полета на воздушном шаре.
— Расслабься, Вив, — просит он и показывает на вид снаружи, — Смотри, какая красота. Нигде больше ты не увидишь такого океана.
Hypersonic Music, Max Cameron — Shine
Я улыбаюсь, стараясь не думать о плохом, а заодно привыкнуть к ощущению невесомости, поэтому с выражением полного доверия кладу голову на плечо любимого и смотрю, как город быстро сменяет побережье.
С такой высоты залив выглядит, как бескрайнее синее полотно, и звезды, одна за другой появляясь в небе, кажется, тонут в его непостижимых глубинах. Еще немного и нас окончательно заволакивает тьма, и только тусклая лампочка над нами, позволяет любоваться расслабленным лицом Эвана, а ему видеть, насколько я счастлива с ним.
— Что? — с улыбкой спрашивает он, смахнув с моей щеки непослушный локон.
— Что ты делал эти две недели? Кроме перестрелок, — внезапно спрашиваю я.
— Кроме них… — задумчиво протягивает он. — Ничего. Все это время я помогал Ксавьеро и его людям уничтожить последние ячейки банды Хосе. Конечно, работы еще много, но нам удалось взять под контроль важные объекты и управление островом.
— Ты собираешься стать президентом? — смеюсь я, потому что его слова больше похожи на предвыборную речь, чем на рассказ о разборках мафии.
— Это маленький остров, Вив. Пока я просто в управленческом Совете, а дальше буду заниматься тем, что умею — бизнесом. Мне не нужна власть. От нее одни проблемы, — Эван поцелует меня в кончик носа. — А что делала ты?
— Кроме отчаяния? Я писала роман, о котором говорила тогда.
— С идеальным Эваном? — хитро спрашивает он, прикусывая мочку моего уха. — И каков он?
— Он бессовестно идеален. Прямо, как ты сейчас.
— Я бы хотел почитать, — томно продолжает Эван, спускаясь к шее.