Один из них, светловолосый джентльмен лет шестидесяти первым подходит к нам и очень напоминает тех, кто остался в зале нашего особняка.
Улыбаясь, он с теплотой протягивает руку Эвану, но от избытка чувств резко обнимает его, будто близкий родственник.
— Я беспокоился, — признается он, похлопывая друга по спине, а затем переключается на меня, но в этот раз действует сдержаннее: — Мисс, рад встрече, меня зовут Ксавьеро.
Поцеловав мою руку, он отстраняется, будто ему неловко находиться так близко, а я сразу вспоминаю, сколько этот мужчина сделал для нас и Косты, и с благодарностью отвечаю ему:
— Меня зовут Вивьен. Эван рассказывал о вас.
— Надеюсь, не в подробностях, — шутит Ксавьеро, — Не хочу испортить впечатление.
— Только самое хорошее, — уверяю я и обращаюсь к его сопровождающему: — Вы тоже помогали этим отважным людям?
— Простите, — застенчиво отвечает низкорослый мужчина с густой бородой и черными глазами, — я только возил их по… делам. Я водитель.
— Тоже ответственная работа, — говорю и смотрю на Эвана, который в знак согласия кивает мне.
— Ты превзошел сам себя сегодня, — продолжает он, осматриваясь.
— Люди устали от страха и нищеты. Теперь все будет по-другому. Для всех нас, — протягивает Ксавьеро и хитро интересуется: — Ты ведь сделал это?
— Сделал, — уверенно отвечает Эван, улыбаясь мне.
— Я рад, без вас, мисс. Он бы погиб здесь, — неожиданно признается мужчина, но любимый прерывает его напряженной фразой: “Не надо…”.
— Что ж, мы проводим вас до самого сердца праздника, а потом нам нужно ехать, — предлагает Ксавьеро и выходит вперед, а мы следуем за ними.
Emilio Estefan — Pennies In My Pocket
Похоже, для всех жителей, мои спутники стали настоящими героями, ведь каждый, кто встречается нам на пути, стремится пожать им руки и выразить слова благодарности. Женщины, мужчины и даже дети, высыпав с узких улочек на широкую дорогу, ведущую к побережью, мгновенно окружают нас и вскрикивают приветственные слова и пожелания долголетия.
Я уже видела подобное отношение к Эвану на яхте Эймса, когда шла позади в полной уверенности, что совершаю ошибку, но сейчас, я как никогда, разделяю их восторг и почитание, ведь рядом совсем другой мужчина, и, в отличие от прошлого, он крепко держит меня за руку.
Когда же наша процессия выходит к овальной площади, украшенной маленькими фонариками и отблесками фейерверков, к нам подбегает худенькая девушка со свертком в руках, и, остановившись перед Ксавьеро и Эваном, протягивает им по браслету, сплетенному из сотен нитей красного цвета.
Это Даниэла! Только теперь на ее лице столько счастья и жажды жизни, что она невольно передает его и нам.
— Возьмите, это оберег, — говорит она. — Если бы не вы, мой сын попал бы в ужасный мир.
— Это наш долг, — отвечает Ксавьеро и осторожно надевает подарок на запястье, а затем то же делает Эван.
— Он очень красивый, — говорю я, всматриваясь в лицо ребенка.
— Я назвала его Радриго, в честь мужа, — без стеснения признается Даниэла, прижав малыша к себе.
— Мужа? — от удивления спрашиваю я, но быстро понимаю, что мой вопрос звучит бестактно, и замолкаю, прикусывая губы.
— Один из людей Ксавьеро услышал историю Даниэлы и решил познакомиться, — объясняет Эван. — Ну а дальше принял ее сына, как своего.
— Это сильный поступок, — говорю я, а про себя продолжаю: Жаль, что настоящий отец не набрался смелости, чтобы сделать это.
— Сложные времена рождают сильных людей, а борьба за правду — достойных мужей, — уверенно произносит Ксавьеро, поглаживая младенца по маленькой головке, и окидывает взглядом Эвана: — Так?
— Да, — отвечает он и тянет меня к берегу, где уже собралась внушительная толпа. — Мы пойдем.
— Не забудь, завтра у нас встреча, — напоминает мужчина и, получив знак согласия, вместе с водителем уходит дальше.
— Не забудь про врача, — вторю я, пристально смотря в глаза любимому. — Предупреждаю, я не отстану.
— Я помню, — шепчет он. — Но мы еще не сделали всего, что я задумал.
Мне всегда нравились сюрпризы, а в исполнении Эвана они выглядят просто грандиозно, но весь момент портит внезапное озарение, что я оставила вещи в вертолете, чей пилот наверняка уже на полпути домой.
— Я забыла чемодан, — резко говорю я, оглядываясь, но оказывается, что Эван уже все предусмотрел.