— Полиция Вегаса нашла Сингха на парковке аэропорта час назад. Две пулевые дыры в затылке, — сказала я Конни и Луле.
— Я как-то надеялась, что это блеф, — сказала Лула.
— Что убийца на самом деле не здесь и он прислал тебе цветы, чтобы ты уехала домой. Не то чтобы я боялась или что-то в этом роде. Мы все мысленно похрустели костяшками и постарались не выглядеть нервными.
— Нам надо вернуться в отель, — сказала я.
— Если мы собираемся успеть на самолёт, надо упаковаться.
Все согласились, так что мы поймали такси и все залезли внутрь. Я позвонила Рейнджеру по дороге. Я рассказала ему про Сингха, а потом рассказала про Сальватору.
— Я уже говорил с Сальваторой, — сказал Рейнджер.
— Его рука в порядке, но он сказал, что ему нужен мануальный терапевт для спины. Рейнджер сделал паузу, и когда он продолжил, я услышала смех в его голосе.
— Сальватора сказал, что на него упала толстая женщина в розовом спандексе и серебряных блёстках.
— Это была Лула. И она не упала на него. Она схватила его.
— Она отлично справилась, — сказал Рейнджер.
— Жаль, что я это пропустил. Напарник Сальваторы отвезёт вас в аэропорт.
— Как я его узнаю?
— Он похож на Сальватору... но больше.
Пять минут спустя мы шли через отель к лифтам и были очень бдительны. Мы не знали, как выглядит убийца. Не казалось вероятным, что он нападёт в общественном месте, но никаких гарантий не было. Мы поднялись на лифте на восемнадцатый этаж, прошли половину коридора, и Конни открыла дверь нашего номера. Она вошла и заглушила крик. Лула и я были сразу за ней, и у нас была такая же реакция. Собака разгромила номер. Подушки были разжёваны. Одеяло было изорвано. Кусок матраса отсутствовал. Туалетная бумага была повсюду. Конни закрыла и заперла дверь за нами.
— Никто не паникуйте. Наверное, это не так плохо, как выглядит. Дешёвый матрас, дешёвое одеяло, верно? Сколько может стоить подушка?
— О-о, — сказала Лула.
— Думаю, он помочился на телевизионный кабель и закоротил телевизор. Это как путешествовать с металлической группой, — сказала Лула. Бу был на кровати, вилял хвостом.
— Но посмотрите на него, — сказала я.
— Он такой милый. И он выглядит виноватым. Вы не находите, что он выглядит виноватым?
— Думаю, он выглядит счастливым, — сказала Лула.
— Думаю, он улыбается. Я рада, что мы спасли этого малыша. Эта мешок с обезьяньим дерьмом миссис Апусенджа его заслуживает.
— Мы ведь ненадолго уходили, — сказала Конни.
— Как такая маленькая собака могла натворить столько?
— Думаю, он чувствовал тревогу, — сказала Лула.
— Бедняжка через многое прошёл, с похищением и всем таким. И посмотрите, он же ещё щенок. У него, может, даже зубы режутся. По крайней мере, он не съел цветы. Приятно вернуться к свежим цветам в номере.
— Их прислал серийный убийца! Это цветы смерти, — сказала я.
— Ну да, но они всё равно красивые, — сказала Лула. Я посмотрела на часы. Мне надо было упаковаться.
— Не так много времени разбираться с этим бардаком, — сказала я.
— Вот план, — сказала Конни.
— Мы выезжаем, и всё идёт на счёт Винни.
— Вот видишь, — сказала Лула.
— Эта собака — одна сплошная удача. Мы можем нагреть Винни всё из-за того, что эта собака была достаточно умна, чтобы сожрать номер. Думаю, это был позитивный опыт. Это моя новая философия. Только позитивные впечатления. Вот почему я еду домой отсюда.
— Ты шутишь, — сказала Конни.
— Это займёт дни.
— Не важно. Я не сяду обратно в самолёт. С меня хватит самолётов. От них нет удовольствия. Все эти обыски, и голод, и стояние в очередях. Я не стою в очередях. Это ещё часть моей новой философии. Никаких очередей. А я могу взять Бу с собой, если поеду. Мы с Бу можем устроить автопутешествие. Я начинаю по-настоящему загораться этим. Я всегда хотела иметь собаку, когда была ребёнком, но у меня никогда не было возможности. Я была лишена собаки.
— Меня устраивает, — сказала Конни.
— Если ты возьмёшь Бу, нам не надо возиться с клеткой и посадкой его в самолёт.
Я позвонила парковщикам и попросила подать машину. Я дала Луле перцовый газ, электрошокер и двести долларов. Конни добавила ещё сто пятьдесят. Это были все деньги, которые у нас были. Мы загрузили Лулу, Бу и багаж Лулы в машину и помахали на прощание.
— Не знаю, она умная или глупая, — сказала Конни. Теперь нас было только двое, и у каждой был заряженный пистолет в кармане. Мы остановились у снэк-бара, взяли пакет с едой и вернулись в номер, чтобы закончить упаковку. Моя упаковка была простой. Взять все маленькие бесплатные мыла и шампуни из ванной и положить их в ручную кладь. Упаковка Конни была сложнее.
— О чёрт, — сказала Конни, — посмотри на это. Она держала свадебную фотографию. У неё было несколько следов собачьих зубов в нижнем левом углу.
— Как думаешь, ты действительно вышла замуж?
— спросила я её.
— Не знаю. Не помню.
Она закрыла глаза и застонала.
— Господи всемогущий, пожалуйста, не дай мне быть замужем за имитатором Элвиса.
— Должен быть какой-то способ узнать, — сказала я.
— Должны быть записи. Наверное, можно аннулировать.
В дверь постучали, и Конни и я впали в панику из страха, что это горничная. Я посмотрела в глазок безопасности и узнала напарника Эрика по описанию Рейнджера. Парень в коридоре выглядел очень похожим на Эрика, но больше, и страннее, и пугающе. Он был похож на босса игорной зоны Вегаса на стероидах.
— Это наш шофёр, — сказала я. Я открыла дверь и пригласила большого страшного парня войти. У него была тёмная кожа, зачёсанные назад чёрные волосы и тёмные, с тяжёлыми веками глаза. Он был в чёрных ковбойских сапогах, чёрных кожаных штанах, чёрной кожаной куртке и блестящей чёрной шёлковой рубашке, которая была расстёгнута на полгруди. На тыльной стороне его левой руки была вытатуирована красочная сцена распятия. И у него был пистолет сзади на пояснице, под курткой.
— Я Мигель, — сказал он.
— Я напарник Эрика.
— Боже, — сказала я.
— Нам всем очень жаль из-за Эрика. Надеюсь, с ним всё хорошо.
Мигель коротко кивнул, что я восприняла как знак того, что Эрику вправили спину и он неплохо восстанавливается.
— Я готова ехать, — сказала я ему, передавая наручники, кандалы и пистолеты.
— Моя напарница едет домой на машине. У неё остальное снаряжение. Ещё один короткий кивок. Его это устраивало. Конни собралась, но она стояла посреди комнаты с фотографией в руке и выглядела растерянной.
— Мне надо разобраться с этим, — сказала она.
— Я останусь и поймаю более поздний рейс.
— Я могу остаться с тобой, — сказала я. Она покачала головой.
— Не нужно. Ты будешь в большей безопасности в Трентоне с Морелли.
А Конни будет в большей безопасности в Вегасе без меня. Я обняла её и отдала свой ключ от номера. Мигель взял мою сумку на плечо, отступил в сторону и молча последовал за мной к лифту. Вот что с мужчинами, которые никогда не говорят. Легче предположить, что они сильные и обладают той хитрой сообразительностью, которую женщина хочет видеть в телохранителе. Я стараюсь не судить, но честно говоря, я чувствовала бы себя менее защищённой, если бы Мигель разглагольствовал о том, как трудно найти приличную шёлковую рубашку. Так что отсутствие разговора меня устраивало, потому что мне нужна была помощь, чтобы быть храброй. Я хотела думать, что этот парень может перепрыгивать высокие здания одним прыжком. Я покинула отель и скользнула в кондиционированную безопасность нового чёрного Mercedes.
— Твоя машина?
— спросила я Мигеля.
— Более-менее.
Он проводил меня до проверки безопасности, настороженно наблюдал, пока я проходила. На этот раз никаких проблем. А потом я была одна. Теоретически это была безопасная зона. Тем не менее, я нашла место спиной к стене и села на посадку последней, высматривая знакомые или подозрительные лица. Я была в последнем ряду с тремя пустыми местами рядом. Место Лулы, место Конни и место, зарезервированное для Сингха. Если бы Сингх был со мной, мы бы сели первыми и, по возможности, через боковую дверь. Вести парня в цепях по проходу на глазах у пассажиров — не лучший способ задать тон для полёта без стресса. Я была рада снова сидеть спиной к стене, но чувствовала себя голой без снаряжения. Жуткая мысль, что убийца может быть в самолёте. Это мог быть парень с приличным видом через проход или волосатый парень в трёх рядах впереди. Они смотрели, как я занимала место. Трудно сказать, хотели ли они меня убить или просто им больше нечего было делать, кроме как пялиться. К тому времени как я вышла из самолёта в Ньюарке, я была слишком уставшей, чтобы бояться. Да благословит бог тех счастливчиков, кто может спать во время полёта. Я никогда не была одной из них. Я договорилась встретиться с Морелли у выдачи багажа. У меня не было багажа для получения, но это была самая удобная точка встречи. Было семь утра по времени Джерси. Зубы были шершавыми, а глаза болели. Я искала в толпе Морелли и почувствовала, как сердце пропустило удар, когда нашла его. Морелли никогда не сливался с толпой. Он был красив как кинозвезда и выглядел как человек, с которым лучше не связываться в драке. Женщины всегда смотрели на Морелли дважды, но редко подходили. За возможным исключением Терри Гилман. Лицо Морелли смягчилось, когда он увидел меня. Он протянул руку и притянул меня к себе, обняв руками. Он поцеловал меня в шею и на мгновение прижал к себе.