Сердце бешено колотится в груди, в ушах стоит шум. Не решаюсь поднять глаза на тебя. Тишину нарушает только тихое сопение вперемешку с мурлыканьем малыша, который с завидным удобством расположился на подушке. Холодные ладошки на моих щеках — стали полной неожиданностью, от чего я вздрогнул, подняв на тебя взгляд.
— Мэтт, это несчастный случай. Тебя никто не винит в том, что произошло. Ты не должен нести это тяжёлое бремя в одиночку. Вместо того чтобы жалеть себя, лучше подумай о семье! О маме, в конце концов! Ты взвалил на себя слишком тяжёлую ношу, чтобы нести её в одиночку. Это тяжёлое время для всех нас. Мы вместе, а значит нам ничего не страшно, помнишь? — ласково говоришь ты, держа в ладошках моё лицо.
Чувства смешиваются в один большой комок. Ты смотришь на меня с той же нежностью и мягкостью, будто ничего произошло. От этого становится ещё больнее. Лучше накричи на меня, ударь, сделай мне больно, но не смотри на меня так. Я не достоин твоей любви, малышка.
— Лео, я… — убийца.
— Не говори ничего, просто закрой глаза. Чувствуешь это? Он не ушёл от нас до конца. Он живёт в каждом из нас — вот здесь, — осторожно прикладываешь ладошку мне на сердце, от чего оно начинает биться ещё сильнее.
Воздух перестаёт поступать в лёгкие. Время замирает именно на этой секунде. Ты улыбаешься мне, прижимаясь щекой к моей груди. Испытывая смешанные чувства, я неуверенно обнимаю тебя в ответ.
— Люблю тебя, — шепчу в твои волосы.
Я знаю, ты никогда не скажешь мне того же, но мне будет достаточно заботится о тебе. Прошу, прими мою любовь, как должное и позволь быть рядом какое-то время. Потом я обязательно уйду. Исчезну из твоей жизни, когда ты будешь готова, а пока я буду заботится о тебе, оберегать и больше никогда не оставлю одну.
— Пора спать, маленький. Завтра длительный и нудный день. Ложись отдыхать, — перекладываю тебя на другую половину кровати.
Слова даются мне с большим трудом. Эти события слишком сильно вымотали нас обоих. Думаю, нам нужно немного отдохнуть от всего этого, подумать обо всём, решить что-то для себя…
— Посиди со мной, пока я не усну, — снова капризничаешь.
Смеряю тебя строгим взглядом, но не могу отказать. Надуваешь губки, смотря на меня обиженно.
— Хорошо, — целую тебя в лобик и накрываю тёплым одеялом.
Ты прижимаешь маленькую подушечку к груди, укладываясь поудобней. Столько лет прошло, а ты все ещё с ней спишь. Точно маленький ребёнок. Довольно улыбаюсь, глядя на тебя. Очень мило и забавно выглядишь в моей старой футболке и маленьким квадратиком, набитым пухом, в руках. Если не ошибаюсь, эту подушечку сшила тётя Джей на твой первый день рождения. С тех пор ты не расстаёшься с ней. Семнадцать лет не малый срок для такой вещи, но она стойко держится и верно служит своей хозяйке.
— Спокойной ночи, — зеваешь ты, закутываясь в одеяло с головой.
— Сладких снов, — выключаю ночник и выхожу из комнаты, неплотно прикрыв за собой дверь.
Брат ещё не лёг спать, раз горит свет. На ватных ногах иду в сторону кухни. Не знаю точно, как можно охарактеризовать моё состояние сейчас. Скорее это опустошение. Я не чувствую абсолютно ничего. С души, как будто, упал камень, но облегчения никакого. Что-то мне подсказывает, что трудности впереди.