Господи, что она делала? Зачем?
Ведь чувствовала, что Дэвид что-то задумал. Что-то, что не сулило ей спокойствия.
Но Рейчел всё равно шла, ведомая непривычно мягкими нотками его голоса и словно гипнотизирующим взглядом….
Она остановилась совсем рядом. Неожиданно близко. Как никогда и ни с кем раньше. Казалось, ещё шаг, и Рейчел соприкоснётся с ним. Она уже чувствовала его тело. Эта близость заставила ноги подкашиваться. Рейчел с трудом устояла на месте.
Она вдруг осознала, в какую передрягу попала. Понятно, чего добивался Дэвид этими насмешливыми распоряжениями.
Что теперь? Логично развернуться и уйти. Не испытывать судьбу. Но Рейчел словно оцепенела.
— А теперь прикоснись ко мне, — чуть тише, но так же непреклонно велел Дэвид.
Он говорил серьёзно, но вряд ли на самом деле имел в виду это. Ведь не мог?..
Самое настоящее издевательство. Рейчел мгновенно вскипела. Неловкость от этого близости встала на задний план.
Да как посмел?!
— Такое прикосновение вас устроит? — возмущённо выпалила Рейчел, на эмоциях замахнувшись, чтобы влепить ему пощёчину.
Но Дэвид перехватил её руку, некрепко, но твёрдо сжал. Затем опустил вместе со своей. При этом он не сводил взгляда с лица Рейчел.
— Не совсем, — с какими-то особенными, прежде незнакомыми ей нотками в голосе, ответил он. — Я имел в виду скорее такое.
И, прежде чем Рейчел смогла бы хоть как-то сориентироваться, Дэвид властно взял её за талию и одним ловким движением прижал к себе. Девушка только успела приоткрыть рот от удивления или желания издать какой-то возглас, как тут же почувствовала бесцеремонное вторжение чужого языка.
Дэвид целовал напористо, грубо. Словно устанавливал на неё какие-то права, суть которых Рейчел не вполне понимала. Да и вряд ли знал он, несмотря на исходящую от него уверенность.
Некоторое время Рейчел вообще не шевелилась. Не до конца осознавала реальность происходящего. Не верила, что это было с ней. И с ним.
Сердце бешено колотилось, ноги не держали её. Рейчел сохраняла опору только благодаря рукам Дэвида. Жар приливал к её коже, тело охватывала дрожь. Но Рейчел продолжала стоять неподвижно, словно замерев.
А ещё неосознанно внимала прикосновениям чужих губ, языка и рук. Странно, но, несмотря на унизительность положения, тело отзывалось на воздействие Дэвида приятным томлением. В какой-то момент Рейчел вдруг захотелось поддаться его движениям, сделать ответные, прижаться крепче…
Собственные мысли напугали её. Сердце забилось чуть ли не в голове, гулкими ударами вбивая осознание опасности.
Рейчел вырывалась. Не глядя на Дэвида и ни о чём не думая, убежала к себе в комнату.
Там она тут же закрыла дверь на засов и рухнула на кровать. Сердце постепенно успокаивалось. В голове вертелась бессвязная вереница непонятных, назойливых, как насекомые, мыслей.
Вскоре и они обрели ясность. Рейчел раздумывала, в какой ситуации теперь оказалась с Дэвидом. Она почему-то точно знала: с этого момента между ними всё изменилось. Как и к чему это приведёт — не понимала. Но ясно чувствовала: перемены были и они необратимы.
Неподвижно лёжа и глядя в потолок, Рейчел призывала себя отвлечься от происходящего. Думать об отце. Вспоминать детство… Но губы до сих пор горели, а тело приятно ломило.
А там, в коридоре, Дэвид всё ещё стоял на том же месте. Он тоже размышлял о произошедшем.
Изначально Дэвид позвал Рейчел, чтобы сказать ей — вот-вот уезжает. А заодно выдать дополнительные деньги: за сверхурочную работу, которую сегодня пришлось проделывать. Решение уехать именно сейчас было спонтанным и необходимым. Он не успел дать распоряжение о еде в дорогу вовремя — а потому пришлось нагрузить прислугу работой так поздно.
Останавливаться в пути и зайти куда-нибудь поесть было бы пустой тратой времени. И так придётся менять лошадей. Чем быстрее Дэвид доедет, тем лучше.
Так почему необходимые формальности превратились в такой фарс? В какой момент её детские выходки так вывели его из равновесия? Его приказы были издевательскими — своеобразным наказанием за её безрассудное поведение. Но это зашло слишком далеко… Один взгляд на её губы — и всё полетело к чёрту.
Словно щёлкнул какой-то выключатель, и всегда сдержанный Дэвид перестал внимать разуму. А самое странное — не жалел об этом.
Вот только поцелуй воздействовал на него намного сильнее, чем Дэвид мог ожидать. Чувствовались её неопытность и скрытая страсть — и то, и другое будоражило.
Да, она красива. Он заметил это сразу. Но настолько, чтобы потерять голову?