— Мне все равно, чего вы хотите, — перебила его я, наконец давая выход своей ярости. — То, что случилось со мной, — не сюжет для воскресной газеты, чтобы развлечь читателей. Это моя жизнь. И она никак не связана с тем, что случилось с бедной женщиной. Просто отвратительно, что вы предпринимаете попытки сделать сенсацию из всего этого.
Страйкер шире расставил ноги, и я поняла, что уходить он не планировал. По тому, как напряглось его лицо и сжалась челюсть, я увидела, что он готов продолжать.
— Это правда, что Жених планировал убить вас, когда вы сбежали… Вернее, что вы сбежали как раз, когда он предпринял попытку вас убить?
Боже ты мой.
Кровь так быстро прилила к голове, что я ощутила головокружение. Я сделала шаг назад, ударяясь о стойку. Он знал. Откуда он это знал? Неужели записи об этом были в открытом доступе? Суда не было. Как и необходимости в нем. Жених был мертв и даже несмотря на то, что много информации просочилось в прессу, об этом не писали.
Я вздохнула.
— Как… Вы узнали об этом?
— Я репортер, мисс Китон. Моя работа все знать.
— Достаточно, — сказала мама, прежде чем Страйкер продолжил. Она снова надавила на дверь. — Я даю вам десять секунд, чтобы покинуть мои владения, прежде чем я вызову полицию.
— В этом нет необходимости, — сказал глубокий грубый голос и мое сердце вновь екнуло. Поверх плеча Страйкера я увидела, как Коул подходил к крыльцу. Он выглядел довольно взбешенным. Коул положил руку на плечо Страйкера и развернул его прочь от двери. — Он уже уходит.
Страйкер сделал шаг в сторону, его глаза расширились, когда он лицом к лицу столкнулся с Коулом. Удивление явственно читалось на его лице.
— Я знаю, кто вы.
Коул усмехнулся.
— Тогда вы знаете, что вам лучше побыстрее убраться с этой частной территории.
— Я не нарушаю закон, — с вызовом сказал он. — Уж точно не федеральный.
— На самом деле, нарушаете. Это частные владения и вас попросили уйти. — Коул сурово посмотрел на Страйкера и тот сделал шаг назад. — А вы все не уходите и этим нарушаете закон.
Щеки Страйкера покраснели. Он открыл было рот, словно собираясь что-то ответить, но тут же закрыл его, стиснув зубы. Взглянув на меня, он развернулся и торопливо спустился с крыльца. Коул закрыл за ним дверь.
— Спасибо, Коул, — сказала мама, пока я так и стояла, застыв около стойки. — Я была в секундах от того, чтобы опустить ему на голову напольную лампу. — На губах Коула снова появилась красивая полуулыбка. Я медленно перевела взгляд на маму. — А это было бы ошибкой, ведь я с ног сбилась в поисках такой идеальной лампы, — закончила она.
Мой взгляд упал на ту самую лампу, и я нахмурилась, не увидев в ней ничего примечательного. Просто белый светильник на серой подставке.
— Что ж, я рад, что спас светильник, — Колу достал из кармана связку ключей. — Ваша машина снаружи.
Воспоминания о машине и всем остальном вывели меня из ступора.
— Спасибо, что пригнал ее. Не стоило.
Его взгляд сосредоточился на мне.
— Но я сделал.
Снова эти три слова. Они преследовали меня. Как и эти глаза. Коул уехал сегодня утром, прежде чем я вышла из своей спальни, но успел включить мою кофеварку, чтобы я выпила горячий кофе.
Такой заботливый.
Когда наши глаза встретились, у меня вырвался резкий вздох. Коул был в нескольких шагах от меня, но казалось, что он стоял вплотную. Клянусь, я ощущала жар его тела. И хотя мне надо было сосредоточиться на тысяче других вещей, все, о чем я могла думать, так это о вчерашних словах Коула о вторых шансах и сломанных стенах.
Так, надо было отвлечься.
Сосредоточившись на маме, я сказала:
— Прости за все это.
Она свела брови.
— Почему ты извиняешься, милая? Это не твоя вина.
— Знаю, но что, если бы кто-то из гостей услышал это? — я сложила руки на груди. — Это уж точно не поможет нам увеличить заселение.
— Все равно это не твоя вина, детка, — сказал Коул.
Детка?
— Он пришел впервые? — спросил Коул.
— Да, — ответила мама. — После всего, что произошло, это было вполне ожидаемо, но он объявился впервые.
— Если он явится еще раз, дайте мне знать, — сказал Коул, складывая руки. На нем была черная толстовка и на сей раз я увидела пистолет за поясом под футболкой. — Я хочу убедиться, что до него дойдет.
— Надеюсь, больше он проблем не доставит, — сказала мама с не совсем искренней улыбкой. — Думаю, он просто застал нас врасплох.
Пока я слушала маму и Коула, мне не давали покоя слова репортера. Я сжала губы, вспоминая, что сказал Страйкер. И тут до меня дошло.