«Стар Трек» стал самым известным сериалом в истории телевидения. Его показывали всего три года, в нем всего семьдесят девять эпизодов, но по каким-то необъяснимым причинам он завоевал великое множество верных поклонников. Небольшие фан-клубы переросли в конвенты, собирающие по двадцать тысяч людей, на которые большинство из них приходят в одежде своих любимых героев и злодеев. «Стар Трек» вызвал спрос на покупку сувенирных товаров более чем на два миллиарда долларов, Google насчитывает 1,3 миллиона сайтов с сувенирной продукцией по «Стар Треку», а на Ebay, в какое время ни зайди, всегда имеется более двенадцати тысяч товаров на продажу. А актеры, в частности я и Леонард Нимой, оказались в числе самых узнаваемых людей в мире.
Вот например. Незадолго до того, как в 1979 году свергли шаха Ирана, его правительство пригласило меня принять участие в фото-сафари, в котором мы намеревались сделать ночные снимки черного леопарда. Шах в свое время организовал далеко в глуши заповедные зоны, чтобы позволить животным тех мест выживать и процветать. Так что мы проехали несколько сотен миль прочь от столицы Тегерана и очутились в красивой девственной местности. Мы ехали вдоль Каспийского моря; видели, как рыбак ловит осетра способом, которому уже более тысячи лет. И в итоге мы попали в маленькую деревушку на побережье. Та территория ранее была частью Османской Империи; веками кочевые племена бежали из России, чтобы остановиться здесь в своих странствиях. Деревня, в которой остановились мы, возможно, когда-то была оазисом, но сейчас она состояла всего лишь из одной улицы с тремя магазинами и шашлычной. Наш гид спросил, не хотим ли мы отведать кебаб. Ну конечно, мы хотели. Всё казалось настолько за пределами цивилизации — я знал, что это именно так, и мне хотелось прочувствовать всё по полной программе. Мы зашли в этот ресторанчик — навес, если уж быть точным; там было не более шести деревянных, без скатертей, столов и очень изношенные стулья. Несколько человек уже сидели внутри, один из них туркмен — здоровый мужик, казавшийся еще больше из-за традиционной туркменской одежды: высокой черной медвежьей (Шатнер пишет медвежьей, хотя вообще-то бараньей) шапки, красного халата с поясами и высоких черных сапог. Он задержал на мне свой взгляд, затем обернулся и посмотрел в угол этого небольшого помещения. Там был маленький черно-белый телевизор, установленный на комоде — и этот телевизор показывал «Стар Трек». Тут туркмен взмахнул кебабом и объявил, так, будто это совершенно нормально, что я сижу здесь, в этой шашлычной, на берегу Каспийского моря: «Капитан Кирк!»