Обрааааатно, наверх. А они в это время возвращались к тому, что недосняли. Около часа с меня счищают грим — и от этого у меня уже саднит кожу. Затем костюмер принимается за изобретение моего следующего наряда, а гример — за новую работу. Еще три часа подготовки — съемка моих сцен в новом обличье — обратно наверх. И так как минимум дважды в день.
Исполнение главной роли в сериале — труднейшая работа в шоу-бизнесе. Это очень тяжелая, физически изнуряющая, семьи разбивающая, мозговыносящая работа. Каждый день от четырнадцати до восемнадцати часов на площадке, а затем, когда работа закончена, начинается работа в рекламе, чтобы раскрутить снятое.
ABC была полна энтузиазма по поводу шоу. Мы тащили идеи из самых популярных сериалов на ТВ. Вокруг киностудии развесили огромные плакаты: ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ НА ПИРАТСКИЙ БЕРЕГ. Потратили кучу денег на декорации. Когда мы только начали, у нас было 130 дополнительных человек, создающих толкотню в баре, пианист и банджоист на задних планах, а на улице — дюжина лошадей, привязанных к столбам и опорам. И так продолжалось около шести недель, пока наше первое шоу не вышло в эфир.
Нас почти не заметили, и наши рейтинги были не очень хороши. На следующей неделе я отметил, что баре была уже сотня людей, банджоист ушел, а на улице стояло восемь лошадей. Наши рейтинги на следующей неделе снова упали; в баре осталось семьдесят человек, пианиста заменила пианола. На улице стояло четыре лошади, а я менял костюм один раз в день. Когда начали снимать плакаты, мы поняли, что у нас серьезные проблемы. Каждую неделю актерский состав убавлялся, пока в углу бара не осталось около десяти человек, а лошадей так и вовсе убрали. В понедельник утром я надел очередной костюм и проносил его весь эпизод от начала до конца. Я даже не потрудился нанести грим — они просто прилепили мне бороду. Нас закрыли спустя тринадцать недель, а я был в восторге. Я сыграл пятьдесят различных персонажей за тринадцать недель. Когда сериал закрыли, я наконец-то смог вернуться к занятию, на которое не жалел сил, — терзаниям по поводу получения следующей работы.
ГЛАВА 7
А теперь, поскольку я знаю, что настоящая автобиография не обходится без того, чтобы показать читателю значимые события, послужившие субъекту важными уроками и оказавшими особое влияние на его или ее жизнь, — такие своеобразные уроки на дом для читателя — уроки, намного более важные, чем просто «не берите эсперанто в качестве второго языка в старшей школе», то я с огромным удовольствием сейчас вам о них расскажу.
В своей жизни я усвоил несколько очень ценных уроков — таких, которыми стоит поделиться. Например, однажды меня пригласили принять участие в телевизионном турнире по покеру — «Всемирном покерном туре» (The World Poker Tour), — запись которого проходила в отеле-казино «Трамп-Тадж-Махал» в Атлантик-Сити. Я никогда не участвовал в соревнованиях по покеру и, по правде говоря, никогда особо не вникал в смысл подобных состязаний, так что решил попробовать.
Основные правила я знал: пары, тройки, фул-хаус, стрейты, флеши — всё это я знал, но это не игра в покер. Настоящая игра в покер — психологическая борьба, где оружие — торговля и блеф. Это тонкое искусство завлечения противника в свои сети или вытеснения его из игры. Это актерская игра, при которой способность создать иллюзию — важнее самих карт. И именно этот фактор привлек меня.
Мне дали 5 тысяч долларов в качестве стека, и три профессиональных игрока в покер потратили не один час, обучая меня игре в покер на телевидении. Это состязание должно было продлиться три дня, объяснили мне, и мы хотим, чтобы ты продержался в игре как можно дольше. Поэтому много не болтай — так ты выдашь себя, наблюдай за столом: кто и что ставит, пытайся следить за линией ставок и сам играй консервативно. Всегда придерживайся консервативного стиля. Я повторил их советы: рта не раскрывать, отслеживать, кто что ставит, и не ставить слишком много на одну руку. Я никогда не был ни искусным, ни удачливым игроком. Моя цель состояла в том, чтобы продержаться как минимум один полный день; и если я буду осторожен, думал я, то, возможно, протяну и два дня, пока меня не вытеснят.