Чёрная толстовка Дэнни отлично сидит на нём. Из-за него чёрный вдруг становится моим любимым цветом.
— У нас будет кофейное свидание или ты хочешь что-нибудь съесть? — флиртует он, приподнимая бровь и ожидая моего ответа. Такой уверенный в себе. Не знаю почему, но одно лишь то, как он двигается, действует на меня.
Я улыбаюсь, размышляя над его вопросом. То же волнующее чувство возвращается, когда он произносит слово «свидание». Его голубые глаза полны предвкушения, пока он ждёт моего ответа. Гром снова гремит, заставляя меня подпрыгнуть от оглушительной силы. Ветер усиливается, обдувая нас и развевая мои длинные волосы во все стороны.
Дэнни замечает, как я вздрагиваю, обнимает меня за плечи и притягивает ближе, заслоняя от резкого ветра. Его прикосновение отдаётся во мне электрическим разрядом.
— Думаю, я бы хотела поесть, — отвечаю, прочистив горло. Поднимаю взгляд на него и тут же жалею об этом, потому что между ног возникает давно забытое ощущение. Он кивает.
В этот момент кажется, что мы в собственном маленьком мире. Сладком, наполненном напряжением между нами. Момент прекрасный, но мимолетный.
— Ари-кексик?
Знакомый голос раздаётся позади нас, разрушая уединение. Голос, которого я боялась. Голос мужчины, который совсем недавно разбил моё сердце. Того самого, из-за которого я поклялась больше не связываться с военными.
Шейн.
4. АРИ
Моё сердце падает куда-то в область желудка. Стоит мне услышать его голос — и меня накрывают воспоминания о насилии и душевной боли. И вот я стою между Дэнни и Шейном. Оба смотрят на меня с недоумением. На их лицах написан один и тот же вопрос: «Кто этот парень?». Они оценивают друг друга взглядами, и мне становится не по себе. Я оборачиваюсь к Шейну. Он выглядит так же, только волосы стали длиннее. От одного выражения его лица меня пробирает холод и страх. Тот Шейн, которого я знала ещё несколько месяцев назад, был болезненно ревнивым, и я вижу, что ему неприятно видеть меня с Дэнни. Чем дольше он смотрит с ухмылкой, тем яростнее жует жвачку.
— О, Шейн, привет… — бормочу я.
Чувства, которые я испытывала рядом с ним, возвращаются, но в них нет ничего романтического. Только страх. Будто то, что меня увидели с Дэнни, — это что-то неправильное. Будто я ему изменяю. Словно меня поймали с поличным с другим мужчиной.
Мне приходится напомнить себе, что я одинока и те отношения давно закончились. Я наконец-то вырвалась из его токсичной хватки.
— Как поживаешь, Ари-кексик? — я морщусь, услышав это прозвище. Он не называл меня так с тех пор, как мы расстались.
— Хорошо. Отлично, — мой тон ледяной.
Я не решаюсь продолжать разговор. Пространство между нами троими быстро наполняется неловким молчанием, и Дэнни опускает руку, которая была у меня на плече.
Неудивительно, что я расстроена и мне не хватает этого прикосновения. Оно казалось таким естественным. Давало мне чувство безопасности.
— Рад слышать… ты всё ещё ходишь в «Chrome Beans»? — спрашивает Шейн, мельком улыбаясь, будто пытаясь создать впечатление, что по-прежнему знает меня. Но это не так. Он больше никогда не узнает. Он больше никогда не получит удовольствия снова ударить меня или затянуть меня обратно в пучину насилия своими больными попытками.
— Думаю, нам пора идти, — вмешивается Дэнни. Он пристально смотрит на Шейна, нахмурив брови, и подходит ближе ко мне. Шейн ниже и худее Дэнни.
Будто он прочитал мои мысли — или язык тела. Я больше не хочу разговаривать с Шейном. Я хочу оказаться как можно дальше от него. Мне потребовалось всё мужество, чтобы оправиться от него. Он изменял мне и ломал меня — морально и физически. Стоя перед ним сейчас, я чувствую, как старая, уже зажившая травма, снова сочится кровью.
Забавно, но именно он разорвал наши отношения. Изменил мне в третий раз и ушёл к другой женщине, которая могла дать ему то, чего не могла дать я. Каждый раз, когда он изменял, я прощала его. Я была настолько слабой, что любила его, несмотря на все обиды. Затем, когда Шейн потерял интерес к женщине, ради которой оставил меня, он приполз обратно, но я отвергла все его попытки примирения. Я заблокировала его номер и аккаунт в социальных сетях. И больше ничего о нём не слышала.
До этого момента.
Я плакала по нему неделями. Мы были вместе несколько лет.
Когда он поступил на военную службу, он стал токсичным в наших отношениях и полностью изменился.
Конечно, в начале всегда есть фаза влюблённости, но затем он показал своё истинное лицо.
Для меня это случилось довольно быстро — вскоре после того, как он стал морским пехотинцем.