Олег утешал её, щекотал. тормошил, и говорил, что на медовый месяц они точно полетят на Бали…
Сейчас, когда главное было сделано, и их расписали, он взял жену на руки и унёс от всех подальше – в глубь бесконечного яблоневого сада. Там он опустил её на землю, прислонив к стволу цветущего дерева. Рогнеда подняла глаза. Над её головой словно цветочный луг рос. Она улыбнулась. Олег это заметил.
- Ты была права, Нега. Цветущие яблони – это фантастически красиво. Но, родная, яблоки с мармеладом – это кошмар. Просто гадость!
Она захохотала. Он поцеловал её в смеющиеся губы.
- Нам будет сложно, – предупредила она его, прислоняя голову к его плечу и обнимая, – очень сложно! Мы оба вечно заняты работой и привыкли командовать и всё решать, ни с кем не советуясь! И я плохо готовлю, потому что никогда этим не занималась.
- И ты только сейчас мне об этом говоришь?! Караул! Спасите! Меня окрутили!
Он прижал её к себе и погладил по голове.
- Я сам смогу сделать яичницу. Или поймать какую-нибудь змею и порубать её на шашлык. Главное, чтобы ты ужинала и завтракала со мной. К тому же обедать мы сможем в ресторанах или у наших многочисленных родственников.
- Многочисленных?
- Конечно! Вон они – только и плодятся! Скоро и Андрей с Баженой начнут нас радовать неожиданными радостями!
- Вот только мы…
- Т-ч-ч! Даже не начинай!
- Но мы так с тобой этого и не обсудили! Ты чуть не силой вырвал у меня согласие на свадьбу. Но мы не обсудили вопрос о ребёнке!
- И не надо. Брак – это сделка. И мы её заключили. Но дети – это дар божий. Положись на свою судьбу, родная. Всё ещё будет.
- Ты непоследователен, Олег! Какая там сделка, если мы с тобой даже брачный контракт не подписали! Всех остальных ты заставил это сделать, а сам!
- А сам я уверен, что нам этого не нужно. Всё моё – твоё и всё твоё – моё.
- Но у меня больше ничего нет!
- Я тебе уже говорил – у тебя есть твой дом. И именно там будет наша первая ночь.
- Не первая.
- Зато в доме. Не придирайся! Кстати, о доме. Ты знаешь, что твой отчим застраховал его на пять миллионов долларов на случай сноса при плановой застройке города? – спросил Олег.
- Что?!
- Рогов откуда-то прознал. Именно поэтому и подбивал к тебе клинья. – Сказал Олег, жуя травинку, – по новому плану градостроительства Москвы на месте твоего дома и ряда соседних домов должна быть ещё одна крупная дорожная развязка, огромный перекрёсток.
- О нет!
- Да. И если его снесут, то выплатят тебе страховку – пять миллионов долларов.
Рогнеда внимательно посмотрела на мужа и вырвала у него изо рта травинку.
- Как давно ты об этом знаешь? – спросила она, уперев руки в боки.
- С того самого, как узнал, что ты сбежала. Я подумал, что ты уехала с Роговым.
- Ещё чего! С этим пресным типом! Но как ты сказал – всё моё – твоё?! Ах ты змей! – она замахнулась на него с кулачками, – так ты женился на мне из-за дома!
- Не смейте замахиваться на меня, дамочка! – он перехватил её руки, – ты теперь моя! И твой чёртов дом мой! – он прижал её и поцеловал, – и до него я точно не дотерплю…
Они не смогли уехать в свадебное путешествие сразу, и поехали только летом. И еле успели вернуться в прекрасный августовский день, когда Вера родила мальчика. Тётка Олега и Алексея со своим мужем назвали сына Александром Сергеевичем Пушкиным и долго хихикали сами над собой. Крошечная Ариша Жданова тянула ручки к его кроватке, и все веселились ещё больше, говоря друг другу, что она уже почувствовала своё призвание нянюшки.
Олег и Рогнеда приняли отчёты о состоянии дел на фирмах от Андрея и Бажены и поняли, что они воспитали таковую дивизию.
Дом сносить не стали. Ни у кого не было таких денег на такую страховку! Проще и дешевле было перенести строительство или отказаться от него.