Через несколько секунд, застыв на одном месте, она выключила свет и пошла дальше по коридору.
Стол был заперт. Я не был дилетантом. Но тот факт, что она даже не зашла в мой кабинет, стал одной из самых сексуальных ее черт.
Когда Билли пошла на кухню, я соскользнул с кровати и надел трусы-боксеры, идя на звук. Когда я пришел, она стояла перед открытым холодильником, переминаясь с ноги на ногу.
— Позволь мне помочь, — сказал я, подходя ближе, зная, что она все еще не слышала меня. Билли не успела обернуться, как я обнял рукой ее живот и уткнулся лицом в ее шею. — Ммм, ты хорошо пахнешь.
Я быстро развернул ее, переместив свои руки к ее попке, и поднял ее на остров. Оставив ее там всего на секунду, я взял десерт и поднес его к ней. Я разрезал нитку, которая удерживала его вместе, и поднял створки коробки.
Печенье. Несколько разных видов, и я знал, что будет идеально сочетаться с ними.
— Отличный выбор, — сказал я Билли, найдя ложку и ванильное мороженое.
— Это радужная крошка. — Она уставилась на то, что было у меня в руке.
Открыв пинту, я зачерпнул немного на середину печенья и протянул ей. Вместо того чтобы взять его из моих рук, она пригнулась и обхватила край губами.
Билли была без макияжа. Все смылось в душе, когда я нес ее туда после секса у камина. Ее волосы были в беспорядке.
Она никогда не выглядела так великолепно.
Пока она жевала, я подошел ближе, провел языком по ее рту, а затем лизнул то место, где мы соприкасались. Намек на ваниль дразнил мой язык.
Я достал печенье, смесь «Орео» и шоколадной крошки, добавил мороженое и протянул его в том же направлении, что и раньше.
Ее рот снова открылся, и, не сводя с меня глаз, она откусила кусочек.
Было чертовски приятно видеть, как она ест без колебаний. Жевала и глотала, не выглядя так, как будто она заставляла себя это делать.
— Билли… — прорычал я, когда ее взгляд стал еще интенсивнее, и она отложила печенье.
Я взял ее за попку и потянул к самому краю, где она облокотилась на стойку. Я встал прямо перед ней и расстегнул четыре пуговицы, удерживающие рубашку, наблюдая, как она распахивается.
— Такая чертовски красивая. — Я обхватил ее сиськи, большими пальцами поглаживая затвердевшие соски. — Ты хочешь, чтобы я поцеловал тебя, Билли?
Ее реакция была медленной, но четкой.
— Куда?
Ранее сегодня вечером я был эгоистом. Я не поцеловал все места на ее теле, в которых она нуждалась. И хотя она кончила несколько раз, я не стал медлить.
Теперь я бы так и сделал.
Она подняла руку, опустила на пупок и погладила ниже, пока не остановилась между ног.
— Здесь.
— Именно то, что я хотел, — ответил я и прильнул к ней губами, втягивая ее клитор в рот.
Ее пальцы ног были согнуты вокруг выступа камня, и она смотрела вниз на свои бедра, ее взгляд не отрывался от моего. Поэтому, пока Билли смотрела, как я лижу ее взад и вперед, я ввел в нее два своих пальца, изгибая их, чтобы достичь той точки, которая заставит ее кричать.
Это произошло не сразу.
Через несколько оборотов запястья, сильнее надавливая языком, я почувствовал, как Билли начала сжиматься.
Она вцепилась в мои волосы, вырывая их, и закричала:
— Джаред!
Ее живот содрогался, а я продолжал лизать, доводя ее до самого начала и далеко за его пределы. И когда я понял, что ее тело стало таким чувствительным, я поднял и обвил ее ноги вокруг своей талии. Мой кончик протиснулся сквозь трусы-боксеры, идеально расположив меня.
Я схватил ее лицо обеими руками, удерживая, пока целовал ее. Чувствовал, как удовольствие все еще распространяется по ней, и каждый ее вздох заканчивался стоном.
Когда я наконец отстранился, я держал пальцы на месте и смотрел ей в глаза.
— Есть ли причина, по которой мне нужно использовать презерватив? — Я бы надел его раньше, но, если бы мне не нужно было оставлять ее прямо сейчас, я бы не хотел.
— Нет.
Я заверил ее в том же. Затем сбросил свои боксеры и сразу же погрузился в ее тепло.
— Черт возьми, — прошипел я, ее теснота и влажность, бл*дь, поглощали меня.
Я опустил руки и ущипнул ее соски по пути к ее заднице. Другую руку положил на ее клитор, который я теребил, двигая бедрами вперед-назад.
Билли вцепилась в мои плечи, дыша мне в шею, ее ноги обхватили меня так сильно, что я мог бы поднять ее прямо со стойки.
— О, боже, — простонала она, откинув голову назад.
Она начала двигаться вместе со мной, используя руки, чтобы раскачивать свое тело. Я встретил ее посередине, одновременно сжимая пальцы, чтобы она могла почувствовать сочетание обоих ощущений.