Перед тем как уехать, я вошел к ней в палату и взял за руку.
— Говорить можешь?
— С трудом.
— Кто это тебя? Витя? Оль, не молчи!
— Он. Сначала насиловали с дружками, а потом били. Решил, наверное, что померла. Донес до магазина, там и бросил. Димка, ты сходил бы ко мне. Там же дед остался. Боюсь, что они его того. Прибьют.
Но я и так уже знал, что наведаюсь в пропахший самогоном и гнилью домишко, в который сам себе обещал не возвращаться.
Дождался, пока в доме все уснут, и сиганул через забор на улицу, прихватив с собой кастет. Молодая кровь бурлила в венах.
Во дворе у Ольги было шумно. Витек с дружками устроил вечеринку. Там были девчонки из села. Все в стельку пьяные и почти голые. Оргия, мать твою!
Вошел во двор и твердым шагом двинулся в сторону Витька. Тот сидел в одних семейниках, обнажив тощее тело, покрытое наколками. Дед Ольги лежал на полу, и мне показалось, что старик не дышал.
Схватив парня за плечо, резко развернул к себе лицом.
— Слышь, чмо сиженное! Ты на бабу руку поднял?
— Шмара она.
— Она женщина, — выдохнул в лицо бывшего зэка.
На полу послышался тихий вздох, и мне стало легче. Дед Ольги был жив. И в тот же момент Витек снова ударил меня в нос, который только зажил. Долго не думая, профессионально ударил его в голову кулаком, даже не используя кастет.
Витек рухнул на пол. Глаза парня были открыты, но он не дышал.
Девки орали, а дружки убитого мною зэка хватали шмотки и сваливали со двора.
Я вернулся в дом и разбудил отца.
— Па. Я человека убил, — опустив глаза, тяжело сглотнул.
— Кто-то видел?
— Да. Не отмажусь. Но иначе не мог.
Проблема в том, что, будучи профессионалом, я не мог контролировать собственные силы. Я понимал, что это конец. Всему. Мечтам о Мореходке. О свадьбе с Ингой.
— Что же делать-то теперь, Сашенька, — схватилась за голову мать, уткнувшись лбом в отцовскую грудь. — Посадят ведь Димку. Это ж не хулиганка, а настоящее убийство.
— Не реви, мать, что-то придумаю. Для начала, Дим, тебе нужно явиться к участковому. Я с тобой. Погоди, сынок.
— Горе-то какое, Димочка, — продолжала причитать мама.
Райка выглянула из спальни и горько заплакала, вытирая глаза маленькими ладошками.
— Ну ты чего? — я обнял сестру. — Не плачь, кукла, все будет хорошо.
Но я знал, что хорошо уже не будет никогда. Я убил человека, и это не шутки. Это самое страшное преступление. И отвечать придется по полной.
Участковый наш был мужиком хорошим. Выслушав меня, открыл старый сейф и достал стеклянный графин с прозрачной жидкостью. Разлив по стаканам, передал мне и отцу. Но я отказался.
— Значит так. Я дело это замну. Связи у меня, слава Богу, есть, но Димке в селе оставаться нельзя. Про училище тоже забудь, — мужчина покачал головой. — Эх, Поляков. Далась тебе эта Ольга? Всю жизнь себе испоганил.
— И куда его отправить? — отец выпил стакан водки и закусил кусочком сала, что стояло прямо на столе в кабинете местного стража порядка. — У нас и родни-то нет.
— В армию, — тут же ответил мужчина. — Отслужит и вернется.
Утром я сел в автобус и рванул в город к Инге. Я хотел попрощаться. Не должна она из-за меня страдать.
Отец Инги выслушал мою историю и позвонил кому-то.
— В общем, так, Дима, — лукаво улыбнулся мужчина. — Служить ты будешь в Воздушно-десантных.
— Далеко? — всхлипнула Инга, цепляясь за мою футболку.
— Не особо. Прямо в соседнем городе. Отслужишь, сыграем свадьбу, и забудется все это, как страшный сон. На самом деле я даже горжусь, что дочь себе настоящего мужика нашла. Заступиться за женщину - достойный поступок.
Инга затащила меня в спальню и сняла футболку. Девушка нетерпеливо стягивала с себя коротенький топ и брюки.
— Ты чего? Мы не одни в доме.
— Плевать, — дыхание любимой сбивалось. — Так просто не отпущу.
Руки сомкнулись на тонкой талии, а губы обхватили круглый сосок. Девушка шумно вздохнула и потянула меня на заправленную кровать.