– Так и куда ты меня везешь?
– Это недалеко.
– Ты везешь меня к Дэну? Обычно я не сажусь в машину к таким парням, как ты.
Лиза закусила губу, ненавидя себя за то, как она бормочет, когда нервничает.
– Не волнуйся. Повторюсь, это недалеко. Видео при тебе?
– Да, но я его не отдам никому, кроме Дэна. А у тебя имя есть? Знаешь, мне как бы не особо нравится ездить с неизвестно с кем и даже не знать его имени.
– Можешь звать меня мистер Уайт, – улыбаясь ответил он, впервые посмотрев ей в глаза.
От его улыбки душа Лизы ушла в пятки.
* * *
– Очнись.
Голос мистера Уайта словно ножом прорезал туман в ее голове, и Лиза с трудом открыла один затуманенный глаз. Другой же опух настолько, что пульсирующая боль накрывала всю ее голову с каждым биением сердца. Яркий свет заставил ее сощуриться и лишь усилил головную боль. Оглянувшись вокруг, она поняла, что все еще находится в той же самой комнате. Тугие веревки удерживали ее в сидячем положении на стуле, до боли стягивая запястья и ребра при любой попытке пошевелиться. Она была голая, продрогшая до костей.
– Так ты очнулась?
Звук его голоса заставил ее вздрогнуть. Он не сказал ей ни слова с тех пор, как они вошли в комнату. Даже во время избиения.
– Чего тебе от меня надо?
Голос у Лизы был хриплым от длительных криков, горло нещадно жгло при каждом слове. Кровь капала из ее носа, стекая через разбитую верхнюю губу прямо в рот. Она провела языком по внутренней стороне зубов, сразу наткнувшись прореху. Уебок выбил мне зуб.
– Милая моя, вопрос не в том, что я от тебя хочу, а в том, что от тебя хочет Дэн. Я посмотрел видео, которое вы, девочки, сняли, и оно вполне неплохое. Немного подредактировать, и все будет отлично.
Он ласково взъерошил ей волосы. Когда Лиза попыталась отстраниться от его прикосновения, мистер Уайт рассмеялся.
– Я-то думал, ты будешь рада, что такой нелегкий труд не был выполнен в пустую, – сказал мистер Уайт, настраивая одну из двух камер на штативах.
Они обе были направлены на Лизу с тех пор, как он привязал ее к стулу, фиксируя каждый ее крик от его глухих ударов, пока он избивал ее в течение многих часов.
– Отпусти меня. Пожалуйста. Я сделаю все, что ты захочешь.
– Прям-таки все? Интересное предложение, но я, пожалуй, откажусь.
– Хочешь, я тебе отсосу? Я в этом деле очень хороша, правда.
Он запрокинул голову и рассмеялся, весело сверкая глазами:
– Без обид, дорогая, но я бы не стал трахать тебя, даже если бы мне за это заплатили. Будь дело только в сексе, то я бы просто изнасиловал тебя.
– Деньги? Я поделюсь ими с тобой.
– Поделишься со мной? Это что, шутка такая?
– Хорошо, – Лизу тошнило от собственного жалкого нытья, но ей было слишком больно, чтобы обращать на это внимание. – Забирай все до цента. Просто отпусти меня.
Мистер Уайт покачал головой и поднял с пола кожаный кейс. Он поставил его на стул и открыл перед ней так, чтобы она могла увидеть содержимое. Ослепляющий свет ярко отражался от граней сотни экзотических инструментов. Они все были из блестящего металла и очень острые. Он с гордостью представил их сначала камерам, потом ей.
– Ничего личного, знаешь ли, но ты должна помочь мне с одной работенкой. Ничего сложного. Все, что от тебя требуется, это быть естественной и реагировать на все натурально. Кстати, Дэн, и правда, был готов заплатить миллион за видео с ангельской похотью.
Он взял зловещую на вид вилку с искривленными зубцами, наклонил голову и придирчиво осмотрел ее тело, выискивая подходящее место для начала. Улыбка его была нежной, но глаза оставались суровыми, когда он прикоснулся острые зубцами к дрожащему животу Лизы. Мышцы его предплечья напряглись, когда он приложил достаточное усилие, чтобы проткнуть плоть, заработав в ответ мучительный вопль.
– Но он готов заплатить мне пять миллионов за высококачественный снафф.
Перевод: Роман Коточигов
"ПРОБЛЕМЫ НА ПЕНСИИ"
Уильям никогда не был жестоким человеком до того, как белка забралась к нему на крышу.
Через две недели летних каникул, через четырнадцать долгих дней после того, как он в последний раз попрощался со своими учениками, Уильям сидел за кухонным столом в боксерах и белой футболке под изодранным синим халатом. Миска овсянки стояла нетронутой на столе рядом с разложенной перед ним непрочитанной газетой.
Уставившись на часы на стене, он наблюдал, как тикают минуты, и задавался вопросом, что ему делать с оставшейся частью своей жизни.
- Уильям, ты не мог бы, пожалуйста, подстричь сегодня газон?
Его жена, Кристи, прошла через кухню в столовую, оставляя за собой облако мягких цветочных духов. Элегантно одетая в персиковый блейзер и юбку, с седыми волосами, идеально уложенными на затылке, она была готова к работе личного банкира, которую она занимала с тех пор, как все их дети пошли в школу.
- Хммм, - хмыкнул Уильям, взглянув на свою жену, затем снова перевел взгляд на часы.
- О, Уильям, правда. Ты собираешься вечно тут хандрить? Как ты собираешься справляться с выходом на пенсию, если ты даже не можешь найти, чем заняться на лето? Ты привык к тому, что лето бывает свободным, - Кристи выдвинула стул и слегка присела на краешек, взяв его за руку в свою и нахмурившись. - Ты принимал те таблетки, которые дал тебе доктор?
- Я не в депрессии, - Уильям тоже нахмурился, но это казалось размытым по сравнению с суровым выражением лица его жены. Все в ее характере всегда было более сильным, более живым. У него не было иллюзий относительно того, кто ведет их хозяйство. - Мне просто скучно.
- Ты знаешь, что тебе нужно, Уильям? - любимым занятием Кристи всегда было рассказывать Уильяму, что ему нужно. - Тебе нужно хобби. Муж Рэйчел строит модели автомобилей, а Ральф, живущий через дорогу, занимается деревообработкой.
- Это хобби старика.
- Мы не становимся моложе, дорогой.
Она нежно похлопала его по руке, но он отдернул свою.
- Я не такой старый.
Плаксивый тон в его голосе заставил его почувствовать себя капризным ребенком.
- Правда, Уильям? Так что же это такое? Весь день сидеть в одних трусах и жалеть себя? Клянусь, меньшее, что ты можешь сделать - это выйти и избавиться от этой чертовой белки.
- Белки?
- Да. Белки, которая сидит на крыше и заставляет Дэвона лаять. Ты что, его не слышишь? Или ты тоже оглох?
Кристи встала и взяла свою сумочку, ее спина напряглась, а подбородок гневно вздернулся. Держа руку на дверной ручке, она слегка повернулась, ее глаза сузились, когда она заговорила:
- Тебе нужно что-то с собой сделать, Уильям. Я не собираюсь провести следующие тридцать лет, наблюдая, как ты сдаешься и гниешь в этом кресле.
Уильям наблюдал, как за ней захлопнулась дверь. Встав, чтобы принять душ, он остановился, услышав, как Дэвон начал лаять на заднем дворе.
Похоже, он чем-то расстроен, - подумал он, решив отказаться от душа и просто одеться, чтобы разобраться.
По пути к двери, Уильям обо что-то споткнулся, чуть не упав лицом вниз. Он услышал, как что-то разлетелось, и, к своему ужасу, понял, что опрокинул огромный швейный набор Кристи, рассыпав около сотни катушек ниток.
Даже когда ее здесь нет, она превращает мою жизнь в ад! Зачем одной женщине вообще нужно столько ниток? Собирая катушки, он слышал как Дэвон продолжил лаять, теперь громче и продолжительнее.
Дэвон приветственно завилял хвостом, а Уильям потрепал седеющую морду гончей собаки.
- Теперь только ты и я, старина. Две старые гончие, которым нечего делать.