Время пришло, - подумал Марк, наклоняясь ближе к зеркалу. Он поднес палец к левому глазу и тот закрылся, рефлекторно защищаясь от чужеродного предмета. Он услышал недовольное бурчание иностранного голоса в своей голове, но проигнорировал его. Разлепив веки большим и указательным пальцами левой руки, Марк надавил на глазное яблоко указательным пальцем правой руки, заставив голос закричать от боли.
Как я и думал. Я ничего не чувствую.
Марк встал и направился к инструментам. На стойке рядом его ждала бутылка медицинского спирта, а кастрюля все еще кипела на плите. Выключив конфорку, он с помощью щипцов достал из кипящей воды длинное тонкое лезвие и положил его на стол. Найдя в ящике прихватку, он осторожно обернул ее вокруг рукоятки ножа, другой рукой схватил спирт, а затем вернулся на свое место.
Уже почти неделю у Марка не было ни минуты покоя. Все дни и ночи голос лепетал, замолкая ровно настолько, чтобы он успел заснуть, только для того, чтобы через несколько мгновений разбудить его издевательским смехом. Для духа это была игра, которую Марк проиграл. Он вообще перестал есть и пил только виски, надеясь напоить призрака настолько, чтобы он наконец позволил ему отдохнуть. Но ничего не помогало. Марк знал, что если он не сделает что-нибудь в ближайшее время, то умрет от голода и истощения, оставив свое тело пустым, и тогда дух полностью поработит его. Делать ему такой подарок Марк не собирался.
Осторожно переложив обернутое лезвие в левую руку, он зажал бутылку со спиртом между бедрами и открутил крышку правой. Когда он вылил его на нож, спирт издал шипящий звук, испуская облако вяжущего пара, обжигающего его здоровый глаз. Прежде чем он успел потерять самообладание или позволить ножу остыть, он поднес кончик к коже прямо под глазом, и надавил. Удивительно, как легко лезвие пронзило веко, с хлопком проткнув глазное яблоко. Голос в его голове бился в агонии, воя на непонятном языке, в котором четко передавался всепоглощающий ужас, который весьма удовлетворил Марка.
- Подавись, уёбок!
Марк провернул нож ране, его желудок скрутило от вида темной крови, что хлынула из раны, стекая по лицу вязким ручейком. Он не чувствовал ничего, кроме триумфа, продолжая резать веки, вырезая грубую красную дыру в черепе. Крови было не так много, как он ожидал, горячее лезвие прижгло большую часть кровеносных сосудов, но вскоре нож остыл, и он больше не чувствовал запаха опалённых тканей.
Марк бросил нож обратно в кастрюлю и снова довел ее до кипения.
Мы еще не закончили.
Ему не нужно было понимать язык, чтобы знать, что дух то умолял его, то проклинал. Он не чувствовал ни малейшего сочувствия, в ожидании, пока нож снова нагреется. Он собирался закончить это, даже, если придется, ценой собственной жизни.
Марк посмотрел на свое лицо в зеркало, слишком уставший, чтобы почувствовать настоящий шок от вида рваной красной дыры на месте левого глаза. Густая жидкость все еще сочилась по его лицу, и он даже не пытался ее смыть.
Дерьмово ты выглядишь, старина! - подумал он, не в силах остановить маниакальный смех, вырывавшийся из его груди. - Осталось немного. А потом отдохнем.
Вернув горячее лезвие в правую руку, он исследовал острием пустой кратер, пытаясь определить лучший угол для своей задачи и прикидывая в уме силу, которая потребуется, дабы пробить ему череп. Внезапно, в последнюю секунду Марк остановился, в то время как адреналин заставлял его сердце колотиться в груди, как племенной барабан.
- Вот дерьмо! Вот дерьмо! Пиздец, я чуть все не похерил, - сказал он голосу в своей голове, который стал устрашающе тихим. – А тебе бы это понравилось, не так ли? Ты даже хотел, чтобы я совершил эту ошибку. Иди нахуй! Я учил анатомию.
Вытащив кончик ножа из разрушенной глазницы, Марк вздрогнул, когда лезвие коснулось плоти под его правым глазом. Это будет чертовски больно, но это не имело значения. Он должен это выдержать. И он готов пойти на все что угодно, лишь бы убрать этот голос из своей головы. Он был близок к тому, чтобы все испортить, но вовремя вспомнил важную информацию. Да, один урок анатомии пятнадцать лет назад спас его от катастрофы. Он улыбнулся и надавил на нож, не обращая внимания на невыносимую боль. Левый глаз контролируется правым полушарием мозга.
- Следующий клинический случай – пациент с шизофренией, к сожалению, вовремя не диагностированной.