Гарри не хотелось покидать Шелли, и он до последнего держался рядом с ней, не в силах расстаться со своей принцессой. Черт, да он даже не знает, на каком она факультете!.. А что, если она вообще иностранка?! Вот будет караул…
— Не будет, я из Пуффендуя, — сонно сообщила Шелли, как-то прочтя потаенные страхи Поттера.
— У меня что, всё на лице написано? — смутился Гарри.
— Не, это я просто неплохой физиогномист, — нехотя пояснила Шелли. — Научилась за годы общения с немногословной тётушкой, — помолчав, спросила: — Когда ты начнешь отказ от турнира?
— А когда надо? — Гарри от неожиданности смешался.
— Желательно как можно раньше, — улыбнулась Шелли.
— Тогда завтра. Прямо после утренней трапезы, — решил Гарри.
— Отлично! — кивнула Шелли. — Не забудь прихватить с собой золотое яйцо.
— А его зачем? — застопорился парнишка, никак не ожидавший этого.
— Чтобы подчеркнуть отказ, яйцо надо отдать распорядителю турнира или опекуну.
— Понял, — кивнул Гарри и неуверенно остановился — они с Шелли подошли к дверям Большого зала. Пришло время. А как не хочется расходиться… Шелли с сочувствием вздохнула.
— До встречи, Гарри.
— До свидания, Шелли…
Завтрак прошел мирно. Невыспавшиеся студенты и гости из иностранных школ постепенно очухались, просыпаясь за тарелками пресной овсянки, которая чем больше остывает, тем гаже становится. Холодная и склизкая, она уже не лезла в глотку, и будила не хуже крепчайшего кофе. А там и странности в конце завтрака начались…
Со звоном отложив ложку, поднялся Поттер, вынул из-за пазухи золотое яйцо, прошел к профессорскому столу, положил турнирный трофей перед Дамблдором и твердо заявил:
— Я отказываюсь от дальнейшего участия в турнире!
МакГонагалл поперхнулась и закашлялась, подавившись селедочной хребтинкой. Снейп, как водой окаченный, резко выпрямился и с крайним изумлением уставился на смутьяна. Дамблдор икнул, подался к Поттеру через стол и прошептал:
— Мальчик мой, что это тебе такое в голову взбрело? На каком основании ты вдруг решил отказаться от участия в турнире? Это же такая честь…
— На том основании, что меня, извините, подставили! — громко и яростно отчеканил Гарри. — Я не бросал своё имя в кубок, я об этом говорил, но вы меня не послушали и заставили принять участие против моей воли!
Пока он говорил, к нему от стола Пуффендуя незаметно подошла Шелли, дождалась конца тирады и вставила свои пять кнатов:
— Яйцо четвертого дракона в таком случае считается недействительным. Пожалуйста, заберите его и подтвердите отказ Гарри.
Дамблдор, побурев от злости, демонстративно отодвинулся подальше от стола и скрестил руки на груди, сверля глазами так не вовремя взбунтовавшегося строптивца. Минерва, сдавленно кашляя, переводила взгляд с яйца на директора и обратно. Кусая губы, зловеще сощурился Грюм. Остальные робко запереглядывались над столом. Казалось, помощи неоткуда ждать… Но тут со своего места стремительно и легко поднялся Снейп. Обойдя стол, он протянул руки и взял яйцо, одобряя и подтверждая отказ Поттера. И спокойно отрубил, предвосхищая протест Дамблдора:
— Полноте, профессор. В кои-то веки Поттер научился думать и принимать верные решения! Я всё видел и верю, что он говорил правду: мистер Поттер действительно не подходил к кубку и не бросал в него своего имени. Вы же сами это подтвердили, Минерва, — Снейп остро глянул на МакГонагалл, и та наконец-то прочистила горло.
— О да, Северус, я это утверждала, но Крауч и Бэгмен настояли и, видимо, как-то сбили меня с толку…
— И я, кажется, догадываюсь, как именно… — Северус подозрительно прищурился на Грюма, отчего тот нервно заерзал. Дамблдор продолжал злобно трясти бородой, и Северусу пришлось придержать старика: — Вам лучше не упорствовать, хвосторога вообще-то не входила в планы турнира, драконов этого вида обычно не допускают на соревнования. Представьте, как удивился Чарли Уизли, когда понял, для каких целей заказали венгерскую наседку… Скажите уж прямо — кого вы вознамерились убить, Дамблдор: одного из чемпионов или Поттера?
Взгляды всего зала, изумленные, недоумевающие, вопрошающие, негодующие, сошлись на директоре. Всех терзал один вопрос: зачем это надо Дамблдору? И для чего? И только Северус увидел, что кое-кому это ни капельки не интересно. Одному человеку было фиолетово насчет планов директора и досадно от внезапного решения Поттера — Аластору Грюму.