Как доить единорожиху, Гарри не имел ни малейшего представления, но надеялся, что разберется на месте по ходу дела. Для чего позаимствовал со стола во время одного из ужинов кубок, засунув его в карман мантии. Время новолуния он высчитал сам по календарю и, дождавшись, снова покинул замок.
Все эти две недели с момента прибытия за непоседливым парнишкой следил Реджи. Следил незаметно, осторожно, так, чтобы шебутной Поттер ничего не заметил. А дождавшись наконец-то действий, Реджинальд остро пожалел, что не привлек к этим событиям ничьё внимание — парень-то пошел на нарушение всех правил. Но сетовать на свою недалекость было поздно, пришлось заткнуться и взять себя в лапы, а вернее, проследовать за мальчишкой в лес, будь он неладен…
А Гарри, окрыленный вдохновением, несся на всех парусах по темному лесу, проваливаясь почти по пояс в мягкий свежевыпавший снег. Это затрудняло движение, жутко тормозило и раздражало, заставляя ругаться сквозь зубы и выкапываться, выкапываться-выковыриваться из сугробов, оставляя за собой глубокую и узкую траншею. За ним, отставая на пару десятков ярдов, с теми же ругательствами, только мысленными, скакал Рекс, по самые ушки утопая в снежных наносах.
Перед Паучьей лощиной Гарри настиг феникс, догнал и полетел на бреющем над головой. Юноша недоверчиво посмотрел на него, заколебался было, но феникс никак не показал, что что-то имеет против, и Гарри двинулся дальше. Реджи, видя далеко впереди странное свечение, встревожился и поднажал, но как ни спешил он, к основным событиям всё же опоздал.
Когда Реджинальд выломился из кустов на поляну, на ней всё уже закончилось, а Гарри, этот непостижимый, несносный, невозможный мальчишка лежал на снегу без признаков жизни…
Глава 6. Цели достигнуты или Эпилог
Пробравшись сквозь кусты на поляну, Гарри словно оказался на круглой арене, на которую сверху лился бриллиантовый свет звезд. Безлунное небо было нереально высоким, густо усеянным колючими искорками, таинственно мерцающими в глубине космоса, ярко освещающими поляну и играющими бликами на атласных спинах танцующих единорогов. Их движения были грациозны и плавны настолько, что в первый миг Гарри позабыл о том, зачем он сюда пришел. Встав как вкопанный и замерев, он прекратил дышать, глядя на окутанных паром и звездным светом волшебных животных, синхронно совершающих пассажи и пируэты. Лес жемчужных рогов звенел подобно шпагам. Словно в такт им, по небу в ускоренном ритме несся хоровод галактик. На какой-то миг Гарри показалось, что время за пределами поляны движется медленнее, чем внутри. Это была коротенькая мысль, даже не сама мысль, а тень мысли, секундная вспышка озарения, поэтому Гарри тряхнул головой, сгоняя её, и сосредоточился на волшебном танце сказочных зверей. Потому что ну когда он ещё увидит подобное чудо?..
Отплясав что-то им положенное, самцы разделились на два полукружья, впуская в центр поляны самочек с малышами. Было их семь, кипенно-белых единорожиц, и к каждой робко жался золотенький жеребёнок. Неслышно ступая, кобылицы прошли в центр и стали кругом, собрав жеребят в середине.
Именно в этот момент Гарри почувствовал, что ему не хватает воздуха: от представшей ему картины он совсем перестал дышать. Поймав себя на этом и не желая умереть от удушья, парень громко и глубоко вдохнул. И отвлек единорогов от таинственного ритуала. Животные, услышав гулкое протяжное «о-о-ох!», синхронно развернулись и грозно нацелили остро отточенные рога в сторону незваного гостя.
От такого приема воздух забыл, куда шел, и со страху споткнулся, застряв где-то в районе диафрагмы, а когда Гарри переборол свой испуг, вырвался наружу сдавленным иком. Этот коротенький, но звучный «ик», как ни странно, всё объяснил, и шпаги из боевого положения перешли в нейтральное, то есть единороги расслабились и опустили оружие.
Увидев вскинутые в безопасное положение витые рапиры, Гарри приободрился и, вытащив из-за пазухи кубок, робко показал его единорогам. Потом так же тихо и скромно попросил:
— Простите, можно мне немножко молочка?
Рогатые кони переглянулись, несколько осмелевших жеребят протиснулись мимо ног самцов и с интересом вытаращились на пришельца — человека они сегодня видели в первый раз. С неменьшим интересом Гарри уставился на них, стройненьких тоненьких красавчиков со смешными вздернутыми носишками, из-за чего они смотрелись крайне уморительно и походили на породистых арабчиков. Шкурка их нежно золотилась в свете звезд и казалась изабелловой.