— Ну, как у него дела?
— Всё по-прежнему: не ест, не пьет, никого не слушает.
— Ясно. Вызовите ветеринара, пора с ним кончать.
Голоса удалились, и Рекс задумчиво уставился на дверь вольеры — не пора ли делать ноги?.. Повернуть ручку было делом двух секунд, дорогу на центральное кладбище Вены Рекс прекрасно помнил и легко добрался до него. Но даже и там Рексу не дали спокойно погоревать на могиле хозяина — приперся тот длинноволосый тип…
— Привет, Рекс. Я знал, где тебя искать. Как ты? Не представляю, как утешать в таких ситуациях. Понимаю, что с тобой происходит, но ты не можешь оставаться здесь навечно. Ты знаешь, я уже представил нас вместе, мы очень здорово подходим друг другу. Я живу один, места достаточно и мебели нет, — тут он перебрался поближе и присел на корточки совсем рядом и доверительно сообщил, словно делясь секретом. — Только нам придется перевоспитать Штокингера, он панически боится собак. Жизнь… — вздохнув, парень достал из кармана нечто, завернутое в белую бумагу. — Я не знаю, что ты любишь, но я питаюсь только этим, — развернув, он протянул булочку с колбасой.
Рекс посмотрел и уныло опустил голову обратно на лапы — и этот туда же, пытается его накормить. Как же они все достали!.. Увидев отказ собаки, мужчина с разочарованным вздохом встал.
— Ну ладно. Я пойду не торопясь, а ты подумай. Я Рихард Мозер, кстати. Будем знакомы.
Что ж, совету Рекс внял, хорошенько подумал. И сообразил, что с этим парнем у него есть шанс на новую жизнь, ведь он был первым человеком, заговорившим с собакой на равных. А раз так… Рекс пружинисто встал и заскользил средь надгробий вслед за Рихардом Мозером.
***
Рону пара не нашлась, и он всем надоел, выпрашивая одолжить партнершу на танец. Особенно рьяно Рон наседал на Поттера, пользуясь его обычной безотказностью. Гарри слушал, пожимал плечами и неопределенно мычал, так как понятия не имел, сможет ли он уступить приятелю «даму», которую он сам лично побаивался.
Месяц выдался суматошный. Все как помешались на предстоящем бале, носились туда-сюда, парни караулили и отлавливали девчонок, чтобы пригласить, те злостно хихикали и вредно сбивались в плотные стайки, доставляя мальчишкам ещё больше проблем. На фоне этого безумия учителя еле-еле поддерживали дисциплину и страшно мстили на уроках, заваливая студентов горами заданий. Особенно зверствовал Снейп, обильно источая яд и сарказм. Хагрид хоть и вернулся к работе, на соплохвостов совершенно забил. Кромсая драконью печень на корм кошмарным гибридам, Гарри впервые задумался о нелогичности и задался вопросом — а так ли сильно Хагрид любит драконов?
С той девочкой-пятикурсницей Гарри так и не довелось повидаться: видимо, у их курса было чрезвычайно плотное расписание. Так что к началу знаменательного события Гарри порой охватывали противоречивые чувства облегчения и страха: с одной стороны, его тешила робкая надежда, что девчонка про него забудет, а с другой настигал смешливый страшок — а вспомнит ли он сам, как она выглядит? А ещё Гарри надеялся, что бал не настанет, что про него как-нибудь забудут, вон сколько уроков…
Но как Гарри ни надеялся, день Х настал. Школьный холл медленно наполнился народом, отовсюду стекались струйки слизеринцев и пуффендуйцев, плотной кучей толпились гриффиндорцы, дыша в затылок и наступая подружкам на пятки и подолы бальных платьев, вызывая возмущенные вопли девушек. Когтевранцы жались к стенам, будучи вот ни на йоту не стадными. Гарри, охваченный непонятным восторгом, стоял у подножия парадной лестницы и во все глаза смотрел на яркое столпотворение, попутно отмечая самое важное. Вот прошли Флер Делакур с Роджером Девисом, вот сбежала по лестнице неописуемо прелестная Гермиона и впорхнула прямо в объятия Виктора Крама. Здесь прошли Невилл с Джинни, а там появился Драко Малфой, ведущий под ручку Панси Паркинсон. За ними тенями следовали неизменные Крэбб с Гойлом, похожие на клириков при пасторе, которого почему-то напоминал Малфой. Поймав себя на этой мысли, Гарри хихикнул. Сзади кто-то тихо кашлянул, перестав смеяться, Гарри медленно развернулся к своей спутнице.
Темные волосы завиты и уложены в причудливую викторианскую прическу, васильковые глаза оттеняли синее же платье в пол, руки затянуты в длинные перчатки… Гарри тут же забыл, как дышать — настолько девушка была прекрасна. Оглядев Поттера и оценив элегантный крой его зеленой парадной мантии, красавица одобрительно кивнула, здороваясь, и приняла руку кавалера.
Распахнулись тяжелые дубовые двери, и все мгновенно повернулись в сторону Большого зала, двигаясь синхронно, как единый организм.
— Участники турнира, пройдите, пожалуйста, сюда! — раздался властный голос МакГонагалл. Чудом вспомнив, что он тоже участник, Гарри моментально вспотел — до него вдруг дошло, что это всё не для него, что он нечаянный гость на этом торжестве, что на балу обязательно что-то пойдёт не так, он безнадежно опозорится и подставит молодую графиню…