Руслан ходить по головам не любил, правил исправно, не оскорблял и не унижал никогда персонал, и хотел бы взять пару-тройку работников на постоянку, как того же Ника, но они бегут с острова по окончанию летнего сезона как черт от лаванды, которая вот-вот зацветет. Я, конечно, не фанат, но после описания Алана загорелась желанием во чтобы то ни стало до неё добраться.
Завстегдатые любители знают, когда лучше приезжать в Крым, чтобы увидеть всю его первозданную красоту. И моё сумасбродное приключение как-то неожиданно влилось в этот бурный поток. И раз ноги привели меня на эту священную, судя по богатой истории на архивных страницах, разбросанных на стенах, словно кляксы, то значит это кому-нибудь было нужно.
Тем более, когда планов у меня всё равно не было. Да и Карины, судя по всему. Как она там? Надеюсь не разругалась с мамой? Не представляю, как можно прожить в разлуке столько лет с человеком, который дал тебе жизнь. Неужели уехать на край света было так необходимо, когда рядом самое ценное и дорогое. Я бы ни за что не удрала от мамы сверкая пятками. Наоборот, обняла бы так крепко, на сколько хватило моих сил. Превратилась бы в океан, который со всех берегов окаймляет сушу, чтобы хоть иногда, с попутным ветром, иметь возможность докоснуться до неё.
— Ка-тяяяя, — радостно вопит Алан, выбираясь из подсобки. В его руках ветхие коробки со всяким барахлом, которые он зачем-то вынул, — смотри, что я нашел!
Продолжая полировать поверхность барной стойки, превращаюсь в жирафа, вытягивающего свою шею так высоко, на сколько это возможно. Но даже моё неумение любопытство не в силах добраться до верха коробки.
— Что это? — спрашиваю, склонив голову на бок. Алан пытается спрятаться за картонным углом, но я отодвигаю одну из коробок в сторону, чтобы увидеть розовые ямочки на щеках. Я заметила, что когда Руслан смущается, его щеки слегка развеют, а когда искренне радуется, ямочки на лице становятся еще заметнее.
— Ты говорила, что нам не хватает атмосферы, так? — натянув на лицо маску директора, Алан с неприсущей ему строгости, с хлопком ставит коробки на ближайший к нам стол. Благо, что не успела пока застелить его скатертью. Сам бы отстирывал клубки пыли с материала.
— Таааак, — тяну, даже не надеясь скрыть возникшее недопонимание.
— Я нашел, как это исправить, — Алан достает из связки ключей карманный ножик и приступает к открытию коробок одна за другой. — Точнее вспомнил о замечательном увлечении, которым некогда занимался, — раскрыв картонные языки, выуживает стеклянные безделушки одна за другой. — Оказалось, мать сохранила некоторые из моих работ.
— Некоторые? — возмущаюсь, когда оглядываю произведения искусства один за другим. — Управляться со стеклом при высоких температурах и создавать при этом нечто причудливое — признак гения, а не какая-то лабуда ширпотребская с Китая! Алан, — кручу я шарообразный цветной купол, поделенный на сегменты, что наводит меня на мысль о парашюте, — это настоящее сокровище! Ты только посмотри! Мы можем что-то превратить в светильники, а в каких-то композициях смело подавать обновленное меню ресторана.
— Кейт, это слишком глупо, не находишь? — Алан тусуется, заметив в моих глазах проблески огня. Наши глаза встречаются лишь на пару секунд, но этого достаточно, чтобы обменяться немым посылом. В отличии от молчаливого Ника, тишина с Аланом не давит так сильно. Будто мы продолжаем обмениваться энергиями, просто без звука. С Баритоном же порой кажется, что я иду одна.
— Это еще почему? — грузно приземляю причудливый прозрачный графин на стол и всматриваюсь в своего работодателя.
— Мини-городок работает по одному и тому же сценарию с добрый десяток лет, — произносит с печалью. — И гости едут за определенным видом удовольствия из года в год. Не уверен, что им будут интересны все эти обновления. Цена за сутки, вот что их волнует, — на последнем слове Руслан сглатывает сильнее обычного. Это его тревожит. Мы не говорили о состоянии его дел. Возможно всё не так гладко, как хотелось. Учитывая его разносторонние обязанности.
— То есть потратить деньги на выведенные где-то светящиеся в темноте цветы, приютить бездомную девушку с собакой и повесить на себя решение всех их бытовых проблем, включая еду, тебе не жалко? А вложиться в своё детище, чтобы оно приносило тебе удовольствие и дополнительный доход не хочется?
— Я бы не назвал это прибылью, особенно когда под боком главный конкурент острова, — с налетом грусти Алан оглядывает своё детище. Видно, что ему оно дорого. Но иногда стоит прошлое оставить в воспоминаниях и начать жить. Здесь и сейчас. — И…? — напираю я, уже сомневаясь, что роль Кейт всё еще роль, а не моя вторая личина. — Что это меняет, Алан?