- Малыш. Малыш, ты меня слышишь?
- Д-дядя?
- Господи Кей! Это ты?
- Дядя Ван!
- Матерь Божья! Как ты тут … ?
- Дядя …
- Я помогу тебе! Только держись!
Дядя не стал вытаскивать меня из мешка, а только схватил меня на руки и помчался к машине.
Голоса за спиной извергали проклятия, а после и вовсе прекратились. Кажется те двое уехали ни с чем.
Наконец, дядя аккуратно положил меня на заднее сидение и развязал джутовый мешок.
Я стал красным и мокрым от пота и слез, однако дядя ни капли не брезгуя, осмотрел мое лицо, голову, ноги и тело, а после притянул меня к себе и заплакал.
Он увидел грязного, мокрого и испуганного ребенка, без башмаков, с разодранными ногами и плакал так горько, что мое сердце чуть не разорвалось от жалости к самому себе. Мы просидели так довольно долго. Дядя Ван гладил меня по волосам и прижимал к себе. Кажется я был дорог ему. Он не относился ко мне как к никчемному животному или безразличному подчинённому. Он был искренне напуган и с жалостью смотрел на моё покрытое пылью и почти испепеленное солнцем тельце.
- Дядя. Как вы узнали что я тут?
- Я ехал на юбилей к мистеру Роу, а после увидел как те двое тащат ребенка в багажник. Я и представить себе не мог, что это ты.
- Почему вы едите так поздно?
- О чем ты?
- Отец попросил одеться, едва мы проснулись. Он сказал, что мы опаздываем.
- Нас пригласили к трем, - ужаснулся дядя Ван и прикрыл лицо руками. Неужели ты тут с самого утра?
- Д-да…
- Поверить не могу!
- Во что?
- Да так … Ты наверное голоден?
Я кивнул и утер рукавом пиджака мокрое от слез и грязи лицо.
- Кей. Милый. Просто посиди тут. Я сейчас приду.
- Л-ладно.
Дядя Ван вышел из машины и извергая проклятия, адресованные моему отцу, открыл багажник и достал из него литровую коробку сока и пакет с песочным печеньем.
Это было лучшее, что я ел в своей жизни. Печенье таяло во рту, а вкус сока, напоминал политые медом, спелые яблоки.
Я жевал с таким аппетитом, что дядя решил меня не тревожить и стоял поодаль от машины, с сигаретой в руке. Кажется моя история не хило трепетнула его сердце.
Когда я почувствовал тошноту и отложил пакет в сторону, дядя Ван снова сел в машину и приобнял меня.
- Я надеялся что вы с отцом найдете общий язык и станете ближе, - с сожалением в голосе пробормотал он и откинулся на спинку кресла.
- Ты должен знать одну вещь, малыш. Я очень хочу стать твоим опекуном, однако твой отец никогда в жизни не даст на это согласие.
- Мне бы тоже хотелось быть с вами, дядя.
Меня снова накрыла грусть за то, насколько жизнь несправедлива, потому я снова всхлипнул.
- Хочешь, я отвезу тебя к себе? Будешь жить у меня. Твой отец будет думать, что ты пропал без вести или и того хуже. Не думаю, что его сильно расстроит эта новость.
Я покачал головой и отстранился.
У меня болели и сердце и ноги, однако, как бы сильно я этого не хотел, я просто не мог.
- Теперь у меня есть Эд, - робко пробормотал я и глянул в сторону приоткрытого окна, из которого по прежнему доносился запах сухой травы и придорожной пыли.
Совсем недавно я прощался с жизнью, а теперь, по иронии судьбы сижу в машине любящего дядюшки и отвергаю лучшее в жизни предложение.
- Я не могу его бросить, - прошептал я ещё тише и вжался лбом в переднее кресло. Он очень хороший. Очень-очень. Он добрый и всегда хорошо ко мне относится. А ещё, Эд очень боится папу. Я не могу оставить его одного. Может быть вы …?
- Я … не могу. Я понимаю о чем ты меня просишь, но это невозможно. Мои действия, в таком случае можно будет приравнять к похищению. Если пропадешь ты, Шен не скажет и слова, однако если пропадет Этьен, он поднимет такой шум, что меня посадят за похищение вас обоих. Итого лет на десять. От этого не станет лучше никому.
- В таком случае, отвезите меня к брату. Я понимаю, что прошу слишком много и подобное невыполнимо, потому не хочу доставлять вам ещё больше хлопот. Я не смогу оставить Эда одного. Он мне очень дорог.
Дядя Ван натянуто улыбнулся и прижал меня к себе.
- Твой брат очень похож на твою маму, но у тебя ее характер.
- Мама была доброй?
- Не только. Она была ещё и упрямой. Прямо как ты.
Дядя Ван коснулся пальцем кончика моего носа и произнес:
- Однажды, когда станет слишком сложно, просто свяжись со мной и я помогу тебе сбежать.
- Спасибо, дядюшка Ван. И за то, что спасли мне жизнь … Спасибо.
Глава 6. Разборки
Как я и предполагал, едва наша машина остановилась напротив большого дома дядюшки Роу, мой спаситель помчался на второй этаж, нашел отца и без всяких вступлений, с ревом и злобой начал выбивать из него всю дурь.
В доме воцарился такой хаос, что невозможно было разобрать, праздник это или масштабное семейное побоище.