Лиза проснулась оттого, что ребенок (она уже почти привыкла так думать) давил на мочевой пузырь. Утро было серым, но без тошноты, и это уже было маленькой победой. Она потянулась за телефоном, проверяя время. Сегодня по плану — поход в магазин с Алексеем. Нужны были продукты, да и выйти из четырех стен было необходимо.
Пока варился кофе, она машинально листала ленту Instagram, чтобы окончательно проснуться. Смешные ролики, фото друзей, реклама… И вдруг — знакомое лицо. Нет, два знакомых лица. Влад и Марк. На коленкоровом, слегка не в фокусе селфи. Они сидели в каком-то баре, а к ним с двух сторон прильнули улыбающиеся девушки с нарочито округленными от восторга глазами. Подпись пестрела хештегами.
Лиза замерла, сжимая чашку. Сердце странно, глухо стукнуло где-то в районе горла. Она не испытывала ревности. Как можно ревновать того, кто тебе не принадлежит? Того, с кем у тебя лишь биологическая и трагическая связь? Но она почувствовала что-то другое. Острую, режущую неуместность.
Вот он, его мир. Легкий, доступный, полный таких вот мимолетных «ночей не забываемых» с поклонницами. А вчера, пока они «выпивали» с этими девушками, она разговаривала с врачом о своем плохом самочувствии, одиноко лежала в постели и думала о будущем, в котором ему тоже, видимо, предстояло играть какую-то роль. Контраст был настолько жестоким и очевидным, что у нее перехватило дыхание.
Она резко пролистала фотографию вверх, будто отдернула руку от огня. «Не надо, — сказала она себе вслух, строго. — Не надо на это смотреть. Это не твой мир. У тебя своя реальность. И она важнее».
Она решительно встала, пошла одеваться, стараясь выкинуть из головы этот образ. Она надела свободный свитер и джинсы, которые еще сходились на талии, но уже становились тесноватыми в поясе. В голове крутился список продуктов. Хлеб, молоко, фрукты, что-то на ужин… Обычные, земные заботы. Они были ее щитом.
Она так увлеклась сбором сумки и мыслями о предстоящей прогулке с Алексеем (его спокойное присутствие было сейчас лучшим лекарством), что даже не заметила, как на экране ее телефона, оставленного на столе, всплыло новое сообщение. От Влада. О том, что он будет вечером.
Она просто вышла из квартиры, щелкнула замком и направилась навстречу простому, понятному дню, не подозревая, что вечер принесет с собой не покупки и тихие разговоры, а новое столкновение с той самой сложной, пугающей и неудобной реальностью, которая только что улыбалась ей с фотографии в дешевом баре.
Отлично, кульминационная встреча. Вот семнадцатая глава.
---
День действительно прошел быстро и на удивление легко. Прогулка с Алексеем, простые разговоры ни о чем, тяжесть пакетов в руках, которые он тут же забирал — все это было так нормально, так далеко от гнетущей драмы последних недель. Лиза даже смеялась, вспоминая какой-то нелепый случай из жизни Сони, пока они поднимались по лестнице.
Около шести они зашли в квартиру. Алексей аккуратно поставил сумки в коридоре.
«Ну, капитан, груз доставлен, — улыбнулся он. — Отдыхай. Если что — стучи».
«Спасибо, Алексей. Правда, — она улыбнулась в ответ, чувствуя благодарность, теплую и простую.**
Он кивнул и вышел, тихо прикрыв дверь.
В квартире воцарилась тишина, нарушаемая только тиканьем часов. Лиза скинула куртку, собираясь наконец-то разобрать продукты и устроиться с чаем и книгой. Она взяла телефон, чтобы поставить музыку, и впервые за весь день взглянула на экран.
Сообщение от Влада. Время отправки — утром. И ключевые слова: «Сегодня вечером буду в Зареченске. Заеду».
Время. Она взглянула на часы. Без двадцати семь. У нее вырвался короткий, панический вдох. Он едет сюда. Сейчас.
Шок сменился лихорадочной активностью. Она бросилась наводить порядок. Квартира была чистой, но обыденный беспорядок после похода по магазинам — сумки в коридоре, разбросанная на диване уличная одежда — вдруг показался ей вопиющим. Она сгребла свою куртку и свитер в охапку и зашвырнула в спальню. Быстро прошлась тряпкой по столу. Пакеты… Пакеты пришлось оставить. На их расстановку по местам просто не было времени.
Она влетела в ванную, смахнула с лица следы усталости, нанесла легкую помаду, поправила волосы. Надела не растянутый домашний свитер, а простое, но аккуратное платье свободного кроя, которое скрывало и в то же время не скрывало изменений фигуры. «Зачем я это делаю?» — пронеслось в голове, но делать уже было нечего.