«Лиза права, — сказал Марк, глядя в пол, не поднимая глаз на Влада. — Это не место и не время для выяснений. Влад, давай выйдем на лестницу, поговорим спокойно, как взрослые люди». «О, теперь ты хочешь поговорить? — Влад скрестил руки на груди, его поза была вызывающей, защитной. — Хорошо. Давай. Объясни мне, как так вышло, что мой продюсер, чья главная задача — минимизировать риски, сам создает их, ввязываясь в… в это!» — он махнул рукой в сторону Сони, и в этом жесте было столько презрения, что Соня вздрогнула.
«В «это» зовут Соня! — вспыхнула та, вскакивая с дивана, ее глаза горели огнем. — И мы взрослые люди! Мы не ввязывались, мы просто… мы понравились друг другу, это что, преступление?» «Просто что? — перебил Влад, наконец переводя на нее свой взгляд, полный холодного, брезгливого презрения. — Ты думаешь, это совпадение? Ты — единственная связь Лизы с внешним миром, кроме того… кроме Алексея. И вдруг ты и мой продюсер становитесь лучшими друзьями за кофе в субботу утром? Ты не думаешь, что это слишком удобно?»
Наступила тягостная, звенящая пауза, в которой слышно было только дыхание и стук сердец. Лиза смотрела то на Влада, то на Марка, и вдруг ее осенило. «Соня… Марк… Это правда? — спросила она тихо, и голос ее дрожал от напряжения. — Это… расчет? Ты специально познакомился с ней? Чтобы следить за мной через нее?» Марк резко поднял голову, и в его глазах, обычно холодных и непроницаемых, мелькнуло что-то похожее на боль, почти на уязвимость. «Нет. Не в том смысле, как он говорит. Я не хотел этого, не планировал. Да, сначала я… отслеживал ее аккаунт, как ты просил. Это была работа. Потом мы случайно столкнулись на одном ивенте в городе, я не знал, что она будет там. Поговорили. И… все пошло не по плану, само собой. Я ничего не планировал, Влад, клянусь. Это просто случилось».
Влад закатил глаза с таким выражением, будто услышал самую дешевую, избитую отмазку. ««Не по плану». Классика. Ты, Марк, который всегда жил по плану и заставлял меня жить по плану, теперь говоришь мне про «не по плану»? — он горько усмехнулся. — Знаешь, что? Марк, ты уволен. С этого момента и навсегда». В комнате повисла гробовая, мертвая тишина, которая давила на уши.
Первой нарушила ее Соня, вскочив с дивана как ужаленная. «Да как ты смеешь! Из-за чего? Из-за меня? Из-за того, что мы выпили кофе?» «Из-за непрофессионализма и конфликта интересов! — рявкнул Влад, тоже повышая голос, и в нем слышалась плохо скрываемая паника. — Он не должен был здесь быть! Никогда! Он мой сотрудник, он знает все о моей жизни!» «А ты должен? — неожиданно холодно, с ледяной точностью вступила в спор Лиза. Она медленно поднялась с дивана, ее движения были тяжелыми, но в глазах горел стальной огонь. — Ты, который вчера ревновал к Алексею, а сегодня устраивает сцену из-за обычного кофе? У тебя двойные стандарты, Влад. Марк хотя бы честно сказал «не по плану», признал, что это не расчет. А ты? Ты приехал ко мне сегодня потому что… что? По какому плану?»
Ее слова, тихие и точные, как выстрелы, попали в самую точку. Влад замер, его гнев на миг сменился растерянностью, и он почувствовал, как почва уходит из-под ног. Он приехал потому что не мог не приехать, потому что проснулся с мыслью о ней, потому что видел ее фото в сторис и ему стало невыносимо, что она существует где-то без него. Потому что хотел видеть ее лицо, трогать ее руки, контролировать ее мир. Это и был его собственный «не по плану», о котором он боялся признаться даже себе.
Он посмотрел на Лизу, на ее усталое, бледное лицо, на ее руки, инстинктивно прикрывающие живот, защищающие ту маленькую жизнь, которая росла внутри. Потом на Соню, которая смотрела на него с ненавистью и презрением, сжимая кулаки. На Марка, который молчал, но в его позе читалась готовность защищать свой новый, хрупкий «не план», даже если это стоило ему работы. Влад понял, что проиграл этот раунд — с треском, на глазах у всех. Он потерял лицо, накричал на людей, выставил себя параноидальным тираном, который не доверяет никому. И самое главное — он сделал хуже ей, той, ради покоя которой, как он заявлял, все и затевалось. Он увидел в ее глазах разочарование и усталость, и это было хуже любого скандала.
Он резко развернулся и быстрым шагом направился к выходу, не глядя ни на кого. У самой двери он обернулся, и голос его был глухим и напряженным. «Лиза, когда закончите… «отдыхать», Марк отвезет тебя. Или вызови такси, я оплачу. Что хочешь». Его взгляд упал на Марка, и в нем читалась смесь злости и растерянности. «А ты… мы поговорим позже. В офисе. Когда я решу, что готов тебя слушать». И он вышел, громко хлопнув дверью, и звук этого хлопка эхом разнесся по квартире, заглушая все остальные звуки.