Новая должность заставила меня попотеть первые месяцы, но когда я создала себе систему, мне стало намного проще. Я теснее сдружилась с рабочим коллективом, хотя никого из подруг в офисе не осталось. Так многое изменилось за полтора года: Ясмина ушла в долгожданный декрет, Оливия стала преподавать танцы в той школе, где училась сама, Жанна открыла свою картинную галерею и преподавала арт-терапию, а десерты Юлии набирали популярность. И однажды мы собрались все вместе.
Вряд ли я бы стала бегать за подарками перед переездом, но у меня все было уже куплено. Вдалеке от подруг мне хотелось надеяться, что когда-нибудь мы свидимся, и я заранее все подготовила. Потом у меня совершенно вылетело из головы, куда я их положила. После трагедии было совсем не до этого. А обнаружила вновь, когда перебирала вещи, чтобы выкинуть или продать. Так что когда мы собирали вещи, мне оставалось только тщательно все упаковать.
Ясмине я нашла шкатулку из березы с потрясающей резьбой по дереву. Я была уверена, что любимый муж одарит ее драгоценностями, которые нужно будет где-то хранить. Для ребенка передала ей матрешку-неваляшку, пусть она еще и не скоро пригодится. Оливии я решила тоже подарить матрешку ручной работы, и попросила художницу срисовать наряды для кукол с фотографий подруги из ее танцевального блога. Жанну мне захотелось укутать в яркий павлопасадский платок. А Юле я подарила набор деревянной посуды с хохломой. И ради смеха привезла еще и гречки.
В первый раз мы встретились у Ясмины дома. Ей уже было тяжело куда-то ездить, и она позвала всех в гости. Личный повар приготовил отменный обед, а затем мы сидели на шезлонгах у бассейна, и приглашенный бармен готовил нам коктейли.
— Ты сошла с ума! — сказали подруги, рассматривая сувениры из России.
— Я лишь ответила взаимностью на вашу доброту ко мне.
— Как ты? — спросила Ясмина. Теперь, когда живот всегда появлялся из-за угла первым, она еще больше смягчилась и воплощала собой образ Матери Терезы.
— Здесь намного легче дышится, — призналась я. — Как будто не было всего этого. Как будто это обычная командировка.
— Как дочка? — спросила Оливия. О чем же еще могла спросить женщина, потерявшая ребенка. Она всегда так сильно переживала о детях, если слышала рассказы от друзей или сюжеты из новостей.
— Очень неплохо. Она сумела переварить случившееся и сейчас строит новую жизнь. Судя по количеству друзей, у нее получается. Я очень рада за нее. Я и мечтать не могла, что она настолько раскроется этому городу.
— Гибкая детская психика. Она у тебя умничка!
— Я знаю. Иногда мне кажется, что она справляется за нас обеих. Надо бы мне скорее приходить в себя. А то она заботиться обо мне как родитель, а ведь еще совсем ребенок. Она быстро растет и слишком много взрослых дел уже у меня забрала. Так хочется, чтобы она оставалась маленькой девочкой еще какое-то время.
— Даже и не мечтай, — сказала Ясмина, явно вспоминая себя. — Тебе все равно в какой-то момент придется ее отпустить.
— Это понятно. Но сейчас мне все еще хочется заботиться о ней.
— Это скоро пройдет, — заверила Оливия. — Все проходит в конце концов.
— Как там наш директор? — спросила Юля, чтобы сменить грустную тему.
— Он прекрасен. Всегда мечтала о таком начальнике. Он не давит с выполнением задач, но настолько грамотно распределяет работу, что все удается. Я уже вошла в ритм, нашла общий язык со всеми. Он постепенно знакомит меня все с новыми обязанностями, нагружает по полной, чтобы на работе меня не посещали лишние мысли. Я очень устаю, но безумно благодарна ему. Я бы сказала, что влюбилась, но я запретила себе любить.
— Как можно запретить любить? — ужаснулась Жанна.
— Легко. Знаешь, сердцу настолько больно до сих пор, что оно даже не мыслит о возвышенных чувствах. Ему бы денек отстучать, да ночку перетерпеть. Маленькие шаги, Жанн. Мы слишком долго были вместе, чтобы я за год перечеркнула наше общее прошлое. Наверное, можно было бы внушить себе, что этого не было, но дочка постоянно напоминает. Так что пока я окунулась полностью в работу, чтобы дать себе время.
Ясмина тихо всхлипнула. Мы все повернулись в ее сторону.
— Простите, слишком грустная история. Я сейчас не могу сдерживаться. Слезы просто сами текут. Аврора, у тебя обязательно все будет хорошо! Ты главное позволь времени излечить твое сердце.
— Спасибо, дорогая. Я именно этим и занимаюсь.
— Когда наконец рожу, как разрешат, поедем в спа. Знаю одно местечко — вам понравится! Там есть звукотерапия — как раз для тебя, Аврора, — она вдруг задумалась. — Хотя зачем ждать?