Женщины попрощались друг с другом и крепко обнялись на прощание. Женя не торопилась домой. Она ещё немного посидела в машине, а потом поехала в парк.
На улице горели фонари, солнце давно скрылось за горизонтом. Были слышны отовсюду разговоры вечно бодрствующей молодёжи, современного репа и поп музыки. Женя медленно прогуливалась по парку, сложив руки на уровне груди. Такой походке научилась у неё Вера. Племянница очень много подражала тёте, ведь она была для девочки единственным примером. Девушка позаимствовала от неё не только походку и повадки, но и стиль в одежде и даже манеры общения. Лишь только принципы и мировоззрение у каждой оставались свои.
Женя не могла понять, почему ей так тяжело отпустить Веру одну. Себя она корила тем, что теперь не сможет выполнить просьбу покойной сестры. Заменив маленькой Люде мать, Женя до последнего момента боролась за её жизнь. Но коварная болезнь по имени онкология оказалась хитрее. Последние минуты жизни Люды, Женя была возле её постели. Младшая сестра уходила на руках и сгорала на глазах. Паллиативное лечение оттягивало конец, но лишь на часы.
Еще многие годы после смерти сестры перед глазами Евгении стояла картина, как она делает укол - последняя доза. Боль отпустила, и Люда смогла заговорить:
- Енька, - так она называла старшую сестру с полутора лет, и это осталось её домашним прозвищем. - Верку-принцесску не бросай... Лëва если захочет её забрать - не отдавай. - она крепко сжала руку Жени и повторила. - Не отдавай, слышишь? Он ей жизнь испортит.
Родной отец Веры был очень мутным человеком. Он мало рассказывал о себе, а его роман с Людой оказался таким стремительным, что девушка узнала о своем положении спустя три месяца после знакомства. Как и предполагала старшая сестра, Люда оказалась с ребенком своему парню не нужна. Лева поставил ее перед выбором, и она выбрала дочь. После расставания они еще несколько раз случайно встречались на улице, и был момент, когда Лев хотел снова начать жить с Людой. К тому времени у него было уже три судимости за угоны автомобилей, мелкую кражу и мошенничество.
Неожиданно в мужчине даже проснулись отцовские чувства, но Люда запретила ему приближаться к Вере. Она говорила, что лучше дочери не знать, кто ее настоящий отец. Лев пытался повлиять на мнение женщины, преследовал ее и даже угрожал. Два года Люда жила в страхе за себя и свою жизнь. Но однажды Лев также внезапно пропал, как и появился. Ходили слухи, что его снова посадили за решетку. Тогда Люда уже была больна и больше всего боялась за то, что родной отец Веры, выйдя из тюрьмы, захочет снова попытаться наладить общение с дочерью или даже забрать ее к себе. А кем девочка сможет стать с таким отцом? Что Лева сможет ей дать? Лишь только научить вскрывать машины без ключа и скрываться с места преступления. Такой судьбы своей малышке Люда не хотела.
- Она всегда будет рядом со мной. – дала свой обет Евгения, поглаживая младшую сестру по руке.
- Обещаешь? - прохрипела Люда.
- Клянусь. - улыбнулась Женя сестре и поцеловала её в щеку, а Люда подарила ей на прощание свою последнюю улыбку.
На часах было за полночь. Поезд в Питер уже находился на пути к Северной столице. Евгения вернулась в пустую квартиру. Она до последнего надеялась, что племянница над ней просто издевается, и сейчас девочка окажется как обычно в своей кровати. Но ее не было. Женя обошла всю квартиру, чтобы окончательно убедиться в том, что осталась совсем одна.
На утро она проснулась без будильника. Женщина резко сорвалась с кровати и потянулась к телефону. Часы показывали пять утра. Женя облегченно выдохнула, ведь будильник она заводила на семь часов. Ей было настолько тревожно, что она даже не могла полноценно спать этой ночью. Больше всего нагнетала тишина, которая возникла в доме после отъезда Веры. И, вроде бы ночью у них было всегда спокойно и тихо, но сегодня эта тишина была другой.
Через полчаса безуспешных попыток заново заснуть, Женя лениво прошла на кухню. На столе в коробке стояли тарелки, которые она вчера привезла, но из-за неожиданной новости Веры об отъезде, совсем про них забыла. Женя начала выкладывать тарелки на стол и вновь на дне коробки она обнаружила малахитовую брошь. Олег все же сделал по-своему, и тарелки ей оставил, и брошку подкинул.
Однако, Женя тоже была не из тех, кто легко отступится от своих принципов. Она сразу положила брошь в сумку и, дождавшись десяти часов, – времени открытия гончарной школы, - поехала в мастерскую.