- Снимите нам копии всех документов, где до единой копейки проходят конкретно эти целевые деньги. - попросил мужчина.
Евгении ничего не оставалось, кроме как покорно встать с места и выполнить их просьбу.
- Что дальше? - осторожно спросила Женя, когда передала проверяющим все бумаги.
- Ожидайте решения комиссии в ближайшие дни. - сказал мужчина. – Всего доброго.
- До свидания. – еле слышно попрощалась с ними Евгения.
Женщина в погонах и пузатый мужчина удалились из школы. Женя потерла лицо руками и замерла на месте, глядя в окно приёмной. "Неужели это все?!" - спрашивала она сама себя в мыслях. Потом она резко повернулась к Эльвире.
- Почему ты ничего не сказала? - пронзительно посмотрела она на заместителя. - Ты была со мной на связи во время разговора в управлении. Ты сама настаивала на том, чтобы мы не сдавали проект из-за того, что времени слишком мало!
Эля молчала, наматывая прядь волос на палец. Она осознанно сокрыла правду.
- Я не собираюсь из-за твоей ошибки терять свою должность. – холодно ответила она. В ее голосе не было ни капли сожаления, вины за то, что не осмелилась поддержать директора словом.
- Из-за моей?! - истерично воскликнула Женя. - Из-за нашей! Ты так же причастна к этой истории! Но вышла из воды чистой. - она перевела дыхание и добавила. - Я отстраняю тебя от должности завуча. Мне такие заместители не нужны.
- Это решать не тебе. - встрепенулась на стуле женщина. – Считай, что тебя уже уволили. Нецелевое расходование – статья, по которой слетают бо́льше половины директоров.
- А ты видимо этого и ждёшь... - усмехнулась Женя.
На ее слова Эля ничего не ответила. Она легко соскочила со стула и, с высоко поднятой головой, вышла из кабинета. Да, она была из тех, кто стремится к большой должности. Её мечтой всегда оставалось желание руководить людьми. Пару месяцев назад ей выпала удача претендовать на заветное место. Женя оказалась глупа, что доверилась этой женщине, а та этим скорее воспользовалась.
Немного успокоившись, Евгения стала анализировать все, что происходило за эти полгода, в течении которого ее заместителем была Эльвира. Оказалось, что Женя могла проколоться не только на этих документах. Эльвира часто подначивала ей, что тут можно упустить один документ, на который все равно никто не смотрит, в другом месте можно не зацикливать внимание на этом документе и так далее. Везде она была непреклонна, а здесь смогла поддаться и своими руками лишить себя работы.
Теперь Евгения ничего не могла исправить. Ее время было упущено. Не поможет даже разговор с начальником управления, потому как та вряд ли вообще вспомнит беседу трехмесячной давности. Да и что говорить о том, что бумагами не имеет подтверждения. Бюрократия сейчас стоит выше слов.
Женя закрыла лицо руками. Кажется, что еще вчера утром все было хорошо, а теперь она не знает, кем проснется завтра. Каждый день теперь будет мучить ее томительным ожиданием своего приговора. Страшно было даже на секунду задуматься о том, что с ней будет, если комиссия примет решение об увольнении по статье. Это все равно, что броситься в море с обрыва. Практически конец жизни для Жени, ведь она жила только работой и ничем другим. Она не обрела семью и любовь, у нее была только школа. Но совсем скоро, у нее может ничего не остаться.
Однако, если решение комиссии от нее не зависит, то быть может хотя бы Веру ей удастся вернуть домой. Все же, Женю не отпускала мысль о том, что девушка рано или поздно передумает оставаться жить в Питере.
Прошло уже два дня с отъезда племянницы, и за это время они не обменялись ни звонками, ни смс. Женя поймала себя на мысли, что скучает по девушке и хочет с ней поговорить. Она решилась первой позвонить Вере, чтобы просто узнать, как она добралась до Северной столицы.
- Да. - без энтузиазма ответила Вера, хотя у самой в этот момент защемило от родного голоса сердце. Она испытывала приятное волнение при общении с Женей, но никогда этого не показывала ей.
- Привет, как дела? - голос Жени звучал также как и всегда. Вере даже показалось, что она никуда не уехала, а Женя сейчас начнёт требовать что-то по работе.
- Привет, все нормально. - Вера в этот момент прогуливалась по Александровскому парку. Она скорее присела на скамейку, потому что, беседуя по телефону в незнакомом месте, могла легко заблудиться.