Из вещей они с собой ничего не брали, потому что просто им было нечего взять. Лишь только маленькая Люда шла в обнимку со своей единственной игрушкой – серым зайцем, подаренным на ее первый день рождение покойным отцом. Их привезли в город, который обе увидели впервые. Напротив здания органов опеки была детская площадка.
- Женя, пойдем на качелях покачаемся? – дергала старшую сестру за руку Люда.
Она тянула ее в сторону площадки, но их привезли сюда не для того, чтобы играть. Женя поправила сестренке шапку и игриво дернула ее за косичку, подмигнув правым глазом.
- Когда мы оказались в приюте, нас разлучили с Людой. Мы жили в разных корпусах. - вспоминает Женя. - Виделись мы с ней только по выходным. Это было жутко. Всегда, когда я приходила к ней, у неё появлялся новый синяк. У них были девочки задиры, которые гнобили всех подряд. Здесь было хуже, чем дома. Мама пропадала на несколько дней, страшно пила, мы сидели голодом, но она никогда не била нас и не унижала словом.
Саша посмотрела на подругу. Женя не раз говорила, что росла без матери, но сегодня она впервые предалась подробностям. Подруга искренне удивилась такой силе Евгении и трудностям, через которые ей пришлось пройти, еще будучи совсем ребенком. По телу даже пробежала дрожь. Она работала учителем начальной школы уже двадцать пять лет, и в ее классах были ребята, которым выпадали такие же невзгоды. В составе социальной комиссии она посещала их семьи, поэтому прекрасно понимала чувства Жени и даже стала догадываться, почему ее подруга порой бывает очень агрессивной. Ее поломала жизнь. Она дала ей непростые испытания с самого детства. А потом продолжала ломать в университете и в личной жизни, забрав сестру. Сейчас Женя была подобна гортензии – цветку неземной красоты, в каждой части которого содержится яд равный цианистому калию.
- Я помню, что мама пару раз приходила к нам, обещала исправиться и забрать нас с сестрой домой. Но она не успела. - Женя тяжело вздохнула. - На очередной пьянке один из друзей в белой горячке пырнул её ножом. На похороны меня не отпустили. И сейчас я до сих пор не знаю, где её могила.
- Ты у соседей спрашивала? - поинтересовалась Саша.
- Нет. - опечалено покачала она головой. - Я не ездила больше в старый дом. Не хотела вспоминать прошлое. Только после смерти Люды я начала чаще думать о маме. Каждую ночь представляю, как бы у нас сложилась жизнь, если бы мама была как у всех.
- Не надо. - внезапно прервала подругу Саша. - Не грузи себя. Ты всё равно ничего не поменяешь. Здесь и сейчас осталась ты и твоя племянница. Вы есть друг у друга. Ближе и дороже нет никого ни у тебя, ни у неё. И любить вас обеих так сильно не сможет никто, кроме вас самих. - Саша после душевной истории подруги воодушевилась на пламенную речь. - Тебе если плохо будет, кто встанет за тобой? - как будто спрашивает ее женщина, но при этом сама отвечает на вопрос. - Верка встанет. А если её кто-то обидит - ведь ты будешь защищать. Не можешь полюбить - сделай вид, что любишь. Возьми и сыграй роль доброй и любящей матери. У тебя может и ничего не изменится, но ты девчонку счастливой сделаешь!
Женя задумалась над словами подруги. Она помнит какого это расти без материнской любви и заботы. Но Вера не обязана повторять судьбу своей матери. Люда боялась того, что ее дочь будут также дразнить и избивать девочки-ровесницы в темной кладовой. Старшая сестра осталась единственным человеком, которому она могла доверить своего ребенка. Именно поэтому перед смертью она молила Женю со слезами на глазах никогда не бросать Верочку. Ей тоже не удалось найти мужа и построить крепкую семью. Вера была ее единственной дочерью, рожденная от любимого человека, но с которым отношения не сложились. Девочка уже росла без отца, и Люда боялась, что она будет расти и без матери. Женя далеко не идеальна, она даже как к племяннице не питала к Вере особо нежных чувств, но она такая, какая есть. Люда любила ее просто за то, что она рядом всегда, в любое время дня и ночи. Только с полной уверенностью, что Вера будет за стальной спиной старшей сестры позволило ей уйти из жизни со спокойной душой.
Глава 2.
Изо дня в день Женя засыпала с мыслями завтра поговорить с Верой об их отношениях. Три рассвета она встретила так, будто сегодня день пойдёт по-другому, и женщина сможет где-то сыграть любовь. Но до сих пор у неё не хватало на это смелости. Ведь со стороны все кажется так просто – возьми и сыграй роль, а на деле переломить себя оказалось сложно. Ведь как только Женя узнала, что ее маленькая сестра, которой тогда едва исполнилось восемнадцать лет станет мамой, всячески отговаривала ее сохранять ребенка. Тогда Евгения сама только встала на ноги, а про Люду и говорить нечего. Она говорила сестре, убеждала ее, что сейчас не время. Но та упрямо стояла на своем, дико радуясь своему положению, несмотря на предательство парня, от которого носила ребенка. Как была Вера Евгении не нужна тогда, так и оставалась ненужной по сей день.