Евгения ненадолго замолчала. Поначалу она не хотела откровенно говорить племяннице о том, что на самом деле заставляет ее обессиленно плакать дни напролет лежа в постели. Но девушка смотрела на нее так, как будто бы уже все знала и без лишних слов.
- Ты его полюбила. – утвердительно произнесла Вера. Она знала, что только искренняя любовь и переживания могут так сломить железную леди.
- Вероятнее всего так оно и есть. – с трудом призналась в слух Евгения. Говорить о любви Ирине Викторовне оказалось куда проще, чем родной племяннице несмотря на то, что ещё в Питере женщина поняла, что Вера стала совсем взрослой, способной говорить с ней о каких-то женских волнениях на равных. - Любовь смешалась с долгом чести и совести. - продолжила говорить женщина. – Получилась химическая реакция, способная уничтожить человека изнутри.
- Женя, да ты сама себя уничтожаешь! – возразила племянница. – Посмотри на эту ситуацию с другой стороны. Я много об этом думала и, мне кажется, что ты можешь ещё для Олега кое-что сделать. Даже больше, чем думаешь. - глаза Веры заметно заблестели. Женя вопросительно посмотрела на племянницу в ожидании ее сумасшедшей идеи. - Верни его мастерскую. – вдруг строго сказала девушка. – Неважно как, но верни. Отвоюй всеми силами гончарную школу Олега, дело всей его жизни у нового хозяина. Мне кажется, что ему было бы намного спокойнее там, если тут его мастерская будет в руках любимой женщины.
От неожиданного предложения Женя округлила глаза. Ей показалось это абсурдным, однако Вера находила массу аргументов в противовес сомнениям Евгении. И с точки зрения морали, этики и долга Женя практически была согласна, что ничего, кроме выкупа мастерской она дать Олегу уже не сможет. Неизвестно, что станет с гончарной школой через пару лет. Возможно, она будет приносить крайне мало дохода и вскоре будет вновь перепродана или вовсе расформирована, а на ее месте откроется очередной магазин с популярной молодежной ерундой, которой в округе как грязи. Именно этот аргумент стал решающим, чтобы Евгения задумалась об этой идее всерьез.
Всю ночь женщина крутила в голове разговор с Верой. Сто процентов покупка гончарной школы Олега будет стоить в несколько раз больше, чем сумма, потраченная на оплату операции Веры. Женщина понятия не имела, где и как ей удастся найти такие баснословные деньги. И потом, неизвестно, захочет ли новый владелец продавать мастерскую. Но ближе к утру, измученная собственными рассуждениями, Женя решила, что должна во что бы то ни стало выкупить гончарную школу Олега. Она должна вернуть все, как было при его жизни, дать школе имя основателя и продолжать дело Олега пока это ей будет позволять здоровье.
Евгения решила не медлить и рано утром отправилась в мастерскую. По дороге ее одолевал страх того, что на месте школы уже ничего нет, однако, войдя в помещение, Женя была приятно удивлена, что мастерская постепенно возобновляет работу, ведь её больше не душили, не отпугивает посетителей. Из небольшой гончарной комнаты доносились голоса, на ресепшене играло тихо радио, а на вешалке у входа висели кофты посетителей. Но только это была не та мастерская, в которой когда-то Женя и Олег в четыре руки лепили кружку на гончарном круге.
Пока женщина с ностальгией оглядывала помещение, ко входу из каморки для сотрудников вышла девушка. Это была не та Софи, которая работала с Олегом и встречала Женю здесь в первый раз. Брюнетка, меньше Евгении ростом, спросила, по какому вопросу пришла женщина.
- Мне нужен номер телефона вашего владельца. - строго сказала Женя. Девушка беспокойно взглянула на даму.
- А... Зачем? – с тревогой в голосе поинтересовалась незнакомка.
- Проверка из налоговой. - солгала Евгения. Она тоже боялась. Ведь девушка по распоряжению хозяина могла отказать в помощи поиска контактов нового владельца простому обывателю.
- Секунду... – попросила подождать мастерица.
Девушка вернулась в комнату персонала и начала с кем-то разговаривать. Как бы Женя не старалась прислушиваться, не смогла разобрать ни слова. Через пару секунд из каморки показался Егор. Увидев Женю, молодой человек расхохотался. Он отправил юную девушку работать, успокоив, что разберётся со всем сам. Когда она скрылась за дверью ближнего класса, Егор хитро взглянул на женщину: