– Вы меня не слышите? – строго говорила она. – Приведите себя в порядок!
– Да что Вам не нравится? – не выдержала я.
– Вы еще спрашиваете!? – ее тонкие выщипанные брови взлетели, она закричала. – Являетесь на учебу как невесть что! Разве так должна выглядеть уважающая себя девушка!? Поправьтесь!
– Не кричите на меня, – мое терпение подходило к концу, – я выгляжу нормально! А если вам что-то не нравится, не смотрите на меня!
Педагог была словно удовлетворена моей реакцией, ее взгляд оставался холодным, но какой-то период она молчала.
– Мадмуазель Диас, – вдруг выдохнула она, – если Вы продолжите по-хамски обращаться со мной, я буду вынуждена вызвать вашу тетю в лицей для личного общения с ней и директором. А сейчас, я уверена, Вы подготовились, расскажете материал, заданный на дом.
Я никогда не входила в число людей, читающих учебники от корки до корки, я вообще не входила в число людей, выполняющих домашнее задание, но последние пару дней я почему-то нарушала свою традицию.
Мадам Шампунь заставила меня подняться и выйти к доске перед классом, наверное, разрушая все возможные способы Вайлет помочь мне.
Бояться мне было нечего.
Я встала перед классом, на меня уставились двадцать пар глаз, но это не мешало мне рассказывать все, что я запомнила из учебника.
Мадам Шампунь сидела на своем месте, и краем зрения я замечала, как ее коробит от того, что она не смогла взять меня врасплох. Рассказывая, я рассматривала одноклассников, очередь дошла и до Джэя. Он смотрел на меня скучающим взглядом, и я испытывала жуткое желание показать ему язык.
О чем он думает?
Что в его голове?
– Спасибо, мадмуазель Диас, но у меня остался вопрос, – мое внимание привлекла мадам Шампунь.
– Какой? – спросила я.
Ее вопрос был с подковыркой, и я замерла на пару секунду формулируя ответ в голове.
Я ответила, и педагог поджала губы.
– Садись, – процедила она, и я села на свое место.
Больше она не спрашивала меня, а гневно-ненавистные взгляды стала бросать на моего одноклассника, сидящего за партой под портретами.
Почему сложно жить спокойно?
Обязательно нужно кого-то ненавидеть?
Почти в самом конце урока, записывая лекцию мадам Шампунь, я не выдержала и обернулась через плечо. Мое сердце свалилось в пятки, так как Джэй смотрел на меня.
Он смотрел на меня, и, мне казалось, совсем не моргал.
А может не на меня, а в окно? А может на Вайлет?
Я не могла сорвать с парня взгляда, поэтому это сделал он. Сжав в руке ручку, он продолжил писать лекцию.
– Пиши, – шикнула Вайлет, и я подчинилась.
«Джэй, ну скажи, о чем ты думаешь!?» – молила я в своей голове. – «Просто возьми и скажи!».
Вдруг меня пихнули в спину, и прежде чем обернуться, я подняла взгляд на педагога. Она ходила туда-сюда перед классом, совершенно не бросая на нас своих гневных взглядов.
Я обернулась.
Позади меня сидела полная девушка с кудрявыми пепельного цвета волосами, убранными в косу. В коротких толстых пальцах она сжимала сложенную много раз бумажку, явно вырванную из тетради.
– Тебе от Джэя, – шепотом проговорила она, и я бросила взгляд на рыжего парня. Он, словно ничего и не было, писал диктуемый учителем материал.
Я выхватила свернутую бумажку и развернулась обратно.
Записка моментально вызвала интерес у Вайлет.
Трясущимися руками я разворачивала листок.
«Будь у кое-кого телефон, не пришлось бы рвать тетрадь и беспокоить пол класса! А теперь к сути. Ты, я и Вайлет можете общаться как друзья, и ты пойдешь сегодня с нами на ланч?».
Как друзья.
Мир вокруг меня рухнул в бесконечную бездну.
Друзья.
Мои руки тряслись, и я понимала, что Джэй это видит.
«Я согласна» – мой почерк был похож на иероглифы пьяного китайца.
– Ты уверена? – вдруг я услышала тихий голос Вайлет. – Ты уверена, что сможешь реагировать на него как на друга?
– Это единственная возможность быть к нему ближе, – ответила я, и девушка вырвала из моих рук листок.
– Если ты действительно согласна, скажи ему об этом после урока, в лицо, – проговорила она, и мадам Шампунь перевела на нас недовольные взгляды.
Мы замолчали.
Через пару минут, казалось, словно они тянулись вечность, прозвенел звонок.
Не испытывая стеснения, или неуверенности в себе, я прошла к столу Джэя, он сбрасывал свои вещи в сумку.
– Я согласна, – ответила я, – а ты мог бы не писать ту записку, а подойти ко мне на перемене.
– Уууу, любовнички, – до моего слуха дошел тихий шепот девушек позади нас, – снова сойтись решили, что ли!?