Да, возможно, он не вкусный, но желудок сводило от голода.
Я взяла самый маленький кусочек и щедро укусила.
Эрик стянул губы и в ожидании уставился на меня.
– Вкусно, – проговорила я, сглотнув.
Да!
Это правда!
Единственный недостаток пирога был в том, что в некоторых местах не полностью пропеклось тесто, но он все ровно был вкусным.
Видя мое лицо, Эрик сам захотел его попробовать.
– Действительно вкусно, – подтвердил он.
– Как будто когда-то было не вкусно, – довольно хмыкнула мадам Уэст.
"Ну да, всегда!" – послал мне сигнал Эрик.
Та же интонация и голос, и я была готова расхохотаться, выплюнув пирог на стол, но я сдержалась, обильно запивая чаем.
Эрик заметил, что я сглатываю смех, поэтому довольно растянул губы в улыбке.
В кухне стало тихо, и я этому радовалась. Теперь мама Эрика сидела молча, поедая собственный пирог, и мне казалось, теперь она не настроена ко мне так враждебно.
Еще более спокойно я почувствовала себя, когда в кухню стуча когтями об пол вошла большая тяжелая собака, капая на пол густой слюной.
Не нужно было гадать, что это с чудовищным видом морды собака их любимый домашний питомец.
Удивительно, но до этого я не чувствовала запаха животного.
Пес, самой мною не любимой пароды, лениво поднял на меня свой карий взгляд. Я поняла, что он совсем уже старик, когда так же лениво он упал на пол и завалился на бок, осматривая нас втроем своим одновременно безразличным и заинтересованным взглядом.
– Это папина собака, – заметив мой интерес заговорил Эрик, и в подтверждение я услышала больной, сухой из-за курения, но громкий и волевой голос месье Уэста:
– Браун! Вон с кухни!
Пес вдруг словно ожил, вскакивая на лапы и с грохотом вылетая с кухни.
Мужчина, прочистив горло, прошел к столу. Увидев, что мы едим пирог он свел брови на переносице и медленно опустился на свободный стул.
– Дорогая, я починил машину, так что завтра тебе будет на чем ехать на работу, – заговорил он, не сводя взгляда с куска пирога, что я держала в руках.
– Хорошо, – коротко ответила женщина, делая глоток кофе, – может хочешь с нами пирога?
– Нет, спасибо, – он все же бросил короткий взгляд на жену, а потом снова посмотрел на меня, – на улице начинает темнеть. Когда ты домой?
Мне казалось, месье Уэст словно пытался защитить меня от страшной опасности, потому что я почувствовала себя Тихиро [пом.ав. главная героиня аниме "Унесенные призраками"]. Только сейчас я заметила, что на кухне уже не так светло, как было, когда я пришла. Столешница кухонной мебели теперь казалась темно-зеленой, и ее в некоторых местах освещали вмонтированные лампы.
Если я не уйду до заката, уже не выберусь отсюда?
Я бросила взгляд в окно – на горизонте уже горел багряно-пурпурный закат, а вдоль дороги загорели фонари. Редко проезжали машины.
– Биа, когда ты пойдешь домой? – месье Уэст повторил вопрос, усилив во мне чувство беспокойства.
Нужно бежать!
– Али уже потеряла меня! – я вскочила со своего места и только через секунду заметила, что Эрик за руку меня не держит.
Действительно, что-то не так.
Я бросила взгляд на брюнета – он поднялся со стула за мной.
– Я тебя провожу.
Быстрее из этого дома, пока полная тьма не опустилась на город.
Я чувствовала странную магию, окутывающую меня со всех сторон и заставляющую сдвигаться стены.
Я бросила взгляд на мадам Уэст.
Она смотрела на меня из-под бровей, и в ее голубых глазах что-то странно поблескивало.
Это ее рук дело!
Она внушает мне панику, она хочет, чтобы я ушла.
А вот нет!
Я резким движением упала обратно на стул.
– Пока не доем свой пирог, никуда не уйду, – ответила я, сжимая недоеденный кусок в руке.
– Ладно, – ответил месье Уэст, и Эрик сел рядом с едва различимым сквозь магию его матери удивленным лицом.
Я видела реальность не так, как они.
Единственное четкое, не замыленное пульсирующей вокруг меня магией были закат за окном и голубые глаза, смотрящие мне в душу и желающие меня сломить.
Я укусила пирог и сделала глоток чая.
Стоило мне сглотнуть, как реальность вокруг стала менять цвета. Все вокруг становилось фиолетовым, пульсирующим, давящим на мою голову. Все это пугало, но кто я такая, чтобы так легко сдаться!
Уверена, она удивлена, что я до сих пор держусь.
"Биа, уходи!" – где-то в голове закричал больной голос.
Вдруг солнце окончательно закатилось, и в кухне повисла полная темнота, словно я вдруг резко ослепла. Вместе с этим я полностью оглохла, в ушах звенела тишина.
Я попыталась встать с места, но ноги и все мое тело отказывались подчиняться. Мое тело словно моим и не было.