— Все в порядке... Просто отвыкла немного…
— Ничего, — улыбнулась Бринхилд. — У всех бывает. Тебе лучше? Можем вернуться, если хочешь, — она всмотрелась в лицо подруги.
— Да нет, все хорошо, — Велимира кивнула несколько раз, чтобы уверить себя и Бринхилд заодно, что она может идти.
— Ну смотри…
В эту секунду Велимира полностью открыла глаза, уже привыкшие к яркому свету. Сначала было небо. Безбрежное, тихое, похожее на покрывало. Оно было того самого цвета, каким бывает только весеннее небо. Дышащее свежестью, пылающее юностью. Солнце запуталось где-то в облаках и как будто специально перестало светить так ярко. Велимира жадно вглядывалась в каждый кусочек небосвода, стараясь восполнить все часы, дни, что она пропустила. И небо было здесь такое же, как дома. Но только небо.
Опустив глаза, она увидела множество деревянных длинных домиков, огороженных заборами, темневшими на длинных улицах, которые все вели к большой площади. Велимира и Бринхилд стояли на одной из таких. Быстрым взглядом Велимира прикинула, что дворов здесь должно быть около пятидесяти. Там, где заканчивались дома, было огромное поле. Вдали чернел лес. А напротив было что-то синее. Но Велимира не успела рассмотреть что.
Бринхилд повела ее по мощенной неровными камнями дорожке. Вокруг стояли дома. Сначала они показались Велимире одинаковыми, но, присмотревшись, она увидела, что одни из них старые, другие совсем новые. Одни покосились влево, другие вправо, а третьи стояли ровно; одни светлые, другие совсем темные; одни много раз ремонтировались и перестраивались, а другие оставались неизменными на протяжении многих лет. Пройдя сквозь ряды хижин, девушки вышли к площади. Она была вымощена тем же светло-серым камнем. От нее, как от солнца исходят лучи света, выходили улицы. На площади не было никаких построек, вообще ничего. Здесь толпился народ. В основном молодежь. Велимира мысленно удивилась, как эти люди отличаются от тех, что жили в ее деревне. Все высокие, хорошо сложенные. Бледные, с очень решительным и воинственным видом. Многие приветствовали Бринхилд, она лучезарно улыбалась в ответ.
— Бринхилд, кто это с тобой?
К ним подошла невысокая, коренастая девушка с двумя тяжелыми темно-рыжими косами на плечах. На ней было очень простое платье с заплатками и потертый плащ с мехом. Все: курносый нос, пухлые губы, темные глаза — все смеялось на ее лице, и радость как будто витала около нее. Рядом с ней невозможно было не улыбнуться.
— Это Велимира, — ответила ей Бринхилд.
— Очень приятно! — девушка схватила руку Велимиры, потрясла ее своими горячими пальцами и с улыбкой сказала: — Я Кэрита. Подруга Бринхилд. А ты та самая, которую нашли в сугробах? Как ты там оказалась? Ты бежала? За тобой гнались? Тебя хотели убить? Почему?
Она говорила слишком быстро, почти без пауз. Круговорот ее слов засосал Велимиру, и она с трудом угадывала одно слово из трех. Когда Кэрита разогналась до скорости, на которой, видимо, и подруга перестала ее понимать, Бринхилд взяла ее за руку и многозначительно взглянула в глаза.
— Ой! — Кэрита пришла в себя и рассмеялась. — Ну вот, опять. Извини, Велимира. Я всегда говорю слишком быстро, — она пожала плечами.
— Ничего, — Велимира сразу почувствовала, что с Кэритой будет несложно найти общий язык. Она улыбнулась.
— Я еще не очень хорошо понимаю по-вашему, поэтому мне сложно так быстро вспоминать значение всех твоих слов. Я убежала из дома, потому что меня хотели выдать замуж за человека, которого я не любила.
Кэрита сдвинула густые брови, между ними появилась складка.
— Это ужасно, ужасно! — снова со скоростью света заговорила она. — Знаешь что? Ты правильно сделала, что сбежала. Я надеюсь, здесь будет лучше. Если вдруг Йорген и Фрейя не оставят тебя жить у них, ты можешь жить у нас. Да и просто в гости приходи. Мы будем рады. Я живу там с мамой и братьями, — она кивнула в сторону маленького покосившегося дома. — Приходи когда хочешь.
— Спасибо, — Велимира прикусила губу, чтобы не заплакать, — обязательно.
Кэрита протянула руку, Велимира пожала ее. Почему-то защипало в глазах. Она первый раз видит человека, а он уже предлагает ей помощь. Да, здесь ей точно будет хорошо.
— Хэльвард, идите сюда! — Бринхилд подняла руку и помахала, потом добавила, обращаясь к Велимире: — С Хэльвардом ты уже знакома, а это его лучший друг Матс.
На вид оба они были одного возраста с Велимирой. Одного, сына Йоргена и Фрейи, Велимира уже видела. Он приходил несколько раз, когда она болела. Это был тихий, замкнутый и серьезный воин. Он мало говорил и внимательно слушал. У него был низкий, спокойный и жесткий голос. Ему достались волосы матери и глаза отца. Правильные черты лица и пропорции делали его как будто старше своих лет. Хэльвард почти не улыбался. Он сидел с ней тогда всего по нескольку минут. Спрашивал, как ее самочувствие, откуда она и что собирается делать. Велимире было немного неловко говорить с ним, она сама не знала почему. Бринхилд рассказывала, что это лучший человек из всех, кого она встречала. Он надежный и честный воин, который уважает предков и традиции. Было видно, что брат и сестра очень любят друг друга.