— В Вальхаллу? — переспросила Кэрита. — Как Сумарлитр рассказывает?
— Да, как Сумарлитр рассказывает, — Ингвар выпрямился, — в место, где воины отдыхают, пируют и сражаются.
— И что же? Я никогда больше его не увижу?.. — Кэрита опять заплакала.
— Ну почему никогда… — растерялся Рагнар, придумывая, что сказать. — Если ты будешь хорошей девочкой, вы с ним встретитесь в Вальхалле.
Но сестру было не остановить. Она плакала и плакала, и братья уже начали опасаться, что она затопит деревню.
— Вот что мы сделаем, — предложил Рагнар. — Представь, что мы с Ингваром вместо папы. Мы будем делать все, что делал папа, а ты будешь нас слушать, но пообещаешь всегда помнить папу.
Кэрита часто заморгала и шмыгнула носом.
— Обещаю…
— Ну, что делал папа? — бодро спросил Ингвар.
— Папа носил меня на руках…
— Легко!
Братья скрестили свои сильные большие руки и посадили на них сестру, приказав ей держаться за их плечи. Кэрита все еще всхлипывала, и пока она не успокоилась, Ингвар и Рагнар носили ее на руках по деревне. Все красные — им было тяжело — но они шли дальше, потому что слышали всхлипы сестры. Кэрита обняла их за шеи и постаралась не плакать. Она уже не очень хорошо помнила отца: он ушел на войну, когда ей было четыре года. Но в то утро ей было спокойно и уютно. Она знала, что братья держат ее, что они всегда будут рядом и будут защищать ее. Братья пошли быстрее, и Кэрита покрепче вцепилась в их плечи. Она засмеялась, подставляя непослушные волосы навстречу ветру.
Братья выполнили свое обещание. Они носили сестру на руках, целовали на ночь, играли с ней, выслушивали все ее бесконечные истории, отчитывали за плохое поведение и научили владеть оружием. Кэрита тоже сдержала слово. Она всегда слушала их и всю жизнь помнила папу.
XXI
Море. Большое, совсем бесконечное. И синее-синее, как колокольчики. Прозрачное такое, как будто до дна можно дотронуться рукой. Но оно далеко. И Венделе кажется, что она идет по воде, как по траве. Вода мягкая, прохладная, щекочет пятки. Мимо проплывают драккары, полные воинов. Викинги машут ей и будто совсем не удивляются. Она тоже не удивляется. Она смотрит в воду. Видит рыбок, плавающих между облаков. И ей ни капельки не страшно. Куда она идет? Это не важно. Но она почему-то твердо знает, что дойдет.
— Вендела! Вендела, проснись!
Она вздрогнула и открыла глаза. Над ней стояла Бринхилд со свечой в руке и дергала ее за плечо. Вендела сонно выглянула в окно. Ночь.
— Бринхилд, что случилось? Темно же…
— Ну и что? Там на берегу уже, наверное, костер разожгли! Вставай, соня! Ты же не хочешь пропустить все веселье?
Вендела непонимающе похлопала глазами:
— Какое веселье? И зачем вставать?..
Бринхилд закатила глаза.
— Одевайся, я по дороге расскажу. И надень что-нибудь красивое, праздник все-таки.
Вендела умылась, выбрала платье и заплела волосы. Сама Бринхилд, как всегда, была в кожаных штанах и длинной рубашке, затянутой широким кожаным поясом на талии. Ничего не меняется.
— Я готова, пойдем, — все еще сонно пробормотала Вендела.
— Стой, — Бринхилд потянула ее за рукав и подвела к комоду. На нем стояло несколько горшочков с кисточками. Бринхилд велела сестре закрыть глаза и намазала чем-то ее лицо, а потом вложила что-то ей в руку.
— Смотри.
Вендела подняла зеркало. Она уже видела такие здесь и не удивлялась бы своему отражению, если бы в нем остались хоть какие-то знакомые черты. Но на этот раз на нее смотрела совсем другая девушка. С черными по контуру выразительными глазами. Взгляд у нее серьезный, холодный и немного враждебный. Но Венделе нравилась эта перемена. Так она была похожа на настоящую воительницу.
Бринхилд вышла. Вендела последовала за ней. В коридоре сестер уже ждал Хэльвард со свечой. Он окинул Венделу внимательным, как всегда, суровым взглядом, но ничего не сказал. Очень тихо, чтобы не разбудить родителей, брат и сестры вышли на улицу. Все еще при огнях свечей они брели по пустой, спящей деревне. Вендела тихо и послушно шла за Бринхилд. Она слышала шаги Хэльварда за спиной. Почему-то было страшно.
— Смотри. Видишь? — раздался в оглушающей, пугающей тишине голос Бринхилд. Она указывала куда-то в небо.
Там, среди черной темноты, горело что-то. Вспыхивало и освещало непроглядную ночь. Сначала Венделе показалось, что это заря. Но в ночном поздневесеннем воздухе пахло огнем. Когда они подошли к лестнице и очутились у обрыва, Велимиру ослепило ярким светом трех костров, которые обжигали небо. На маленьком клочке галечного пляжа разместилась вся деревенская молодежь. Все-все, от одиннадцати до двадцати пяти лет. Бринхилд и Хэльвард спустились и растворились в толпе. Вендела, наверное, еще несколько минут стояла в нерешительности, пока ее не окликнули снизу. Это оказался Матс. Вендела поспешила спуститься. Он, как всегда, задумчиво, как-то потерянно улыбался.