LVII
Вендела заметила, что в этом году время будто бы текло быстрее, чем в прошлом. Она даже не поняла, как так случилось, что поля уже возделаны, животные резвятся на пастбище, у Фрейи уже накопился приличный запас трав, а воины достают запылившееся оружие. Все ждали похода и еще одного события — рождения ребенка Отталии. Молодая жена должна была стать матерью через месяц, самое большое — через полтора.
Праздник лета в этом году был таким же ярким и красивым, как и в прошлом: с огромными кострами на берегу, с бочками эля, волнами и красным небом, выпускающим солнце откуда-то из-за моря. Только Венделе в этот раз праздник не показался таким волшебным и необычным. Все-таки она жила среди викингов уже больше года.
Йорген устроил турнир за руку дочери почти сразу же после начала лета. Бринхилд прикусывала губу каждый раз, когда речь заходила о помолвке. Вендела с тревогой наблюдала за сестрой, все гадая, можно ли жить в браке счастливо, найдя мужа таким способом.
Накануне состязания Бринхилд и Вендела, как обычно, готовились ко сну в своей комнате. Луна скрылась за облаками, и спальню освещал лишь мутный огонек свечки.
— Бринхилд? — окликнула Вендела.
— Мм? — отозвалась та. Она сидела по-турецки на кровати и взбивала подушку.
— Слушай… ты только не обижайся… — замялась Вендела, — ты уверена, что хочешь замуж?
— Нет, — честно ответила Бринхилд. — Нет, совсем не уверена. Но я не узнаю этого, пока не попробую. В конце концов, можно будет и развестись. Но это, конечно, на крайний случай.
— А вдруг ты сейчас будешь помолвлена с тем, кого не любишь, а к осени без памяти влюбишься в кого-нибудь? — спросила Вендела.
— Пф! — фыркнула Бринхилд. — Я не верю в любовь.
— Как?! — Вендела даже отпустила прядь волос, которую хотела вплести в косу.
— Да, вот так, — пожала плечами Бринхилд, немного смутившись бурной реакции сестры. — Не верю, и все. Любовь до гроба, все такое. Нет. Я верю в то, что муж и жена должны уважать друг друга, быть друг с другом честными, не иметь тайн. Муж всегда должен быть готовым подставить жене сильное плечо и протянуть руку помощи. И жена так же должна быть готова. Они должны быть друзьями, близкими людьми. Вот так я считаю.
— Я все равно не смогу тебя переубедить, — усмехнулась Вендела, — но, по-моему, любовь все-таки существует. И если бы я в нее не верила так сильно, я бы сейчас, скорее всего, сидела в тележке, набитой всякой ерундой на продажу, качала младенца и тряслась на неровной дороге.
Бринхилд улыбнулась. Пламя ласково осветило ее лицо.
— Спокойной ночи, — сказала она и устроилась на постели. — Погаси свет, как закончишь.
— Угу. Спокойной ночи.
Вендела встала на колени и принялась молиться. Как обычно, за всех людей, которых встречала. За души родителей, за Василису и за Прохора, за Прасковью. За всех жителей той деревни, даже за Тихона. За того мальчика. Странно, она никак не могла вспомнить его имени. За свою семью, за весь фрит. За всех жителей крепости, пусть они и язычники. Бог всех любит, даже тех, кто о Нем не знает. Правда? Немного за себя. И в ту ночь к своей обычной молитве она добавила просьбу: пусть Бринхилд убедится, что есть в мире истинная любовь. И, поблагодарив Бога за то, что Тот слышит ее молитвы, Вендела задула свечу и легла спать, успокоенная, преисполненная любви ко всему миру и Богу.
На следующее утро народ толпился на площади. Нечем было дышать. Солнце светило так ярко, что слепило. Можно было смело сказать, что это был первый по-настоящему летний день. Вендела, несмотря на неприятный запах и жару, изо всех сил старалась пробиться вперед, чтобы встретиться взглядом с Бринхилд и немного подбодрить ее. Потому что Вендела и представить не могла, как страшно, должно быть, сейчас сестре. Ведь через пару часов решится ее судьба. «Почему эти люди все такие высокие?» — сетовала мысленно Вендела, упершись в плотную стену из довольно объемных воинов. Она попыталась подпрыгнуть, но все равно ничего не увидела. Вдруг кто-то сильно толкнул ее вперед, она толкнула кого-то впереди и через секунду обнаружила, что стоит в первом ряду. Оглянувшись, Вендела не нашла никого, кто мог бы ее толкнуть. Пожав плечами, девушка осмотрелась. Площадь, как это всегда бывало в дни празднеств или других знаменательных событий, превратилась в плотное кольцо с небольшой площадкой в центре. Чуть впереди гордо возвышались Йорген и Фрейя, оба с красивыми языческими узорами на лицах, в традиционных нарядах. В самом центре стояла Бринхилд. Вендела впилась в сестру глазами, пытаясь понять, почему сегодня она выглядит совсем иначе. Высокая, стройная, она была одета в мужские штаны и рубашку, вышитую рунами и подпоясанную на талии. Волосы кудрями спадали по плечам, как обычно, заплетенные у висков в мелкие косички. Глаза густо подведены черным, на лбу и щеках боевой грим. Но почему-то в тот день она была особенно красива, хоть и бледна. Через пару секунд Бринхилд заметила взгляд сестры и вымученно улыбнулась. Вендела ободряюще кивнула ей. Бринхилд прикусила губу и обвела толпу взглядом.