И вдруг все стихло. Теперь Вендела находит себя в маленькой лодке с каким-то красивым языческим символом на носу, похожим на голову невиданного животного. Выструганная из дерева, она скалит огромные зубы, невидящие глаза уверенно смотрят вперед. Лодка, медленно покачиваясь, плывет по полузамерзшему морю, огибая огромные, толстые, белые льдины, припорошенные снегом. Небо тоже белое, вокруг туман, и не видно ничего ни впереди, ни сзади. Зато слева и справа сквозь дым проглядывают серые горы с белым снегом на вершинах. Тихо так, и ничто не нарушает этой величественной тишины. Вендела стоит на носу в белом легком платье, волосы спадают по спине почти до колен. Почему-то ей совсем не холодно. Вокруг лед, снег. А здесь как-то особенно спокойно и хорошо, ничто не тревожит. Вендела забывает обо всем на свете, не думает, почему она здесь и куда плывет.
Вскоре впереди, из тумана, появляется холм, высокий и почему-то покрытый травой. Дым рассеивается, лодка подплывает совсем близко. На вершине стоит крепость. Величественная, большая и неприступная. Вендела с любопытством рассматривает ее, пытаясь вспомнить, где видела раньше. И, в очередной раз окидывая ее взглядом, замечает на стене фигуру. Не видно ни лица, ни рук. Вендела различает только черное платье с белым кружевом. Лодка совсем было приблизилась к берегу, Вендела, не отрываясь, смотрит на фигуру на стене. И вдруг тихий, но отчетливый шепот нарушает неприкосновенную тишину этого места. Он как будто сотрясает лед, камни, горы и небо. И Вендела знает, что слова эти — ей. Неизвестный или забытый голос все шепчет, повторяя одно и то же сотни раз: «До встречи в Вальхалле».
Вендела открыла глаза. Так вот, оказывается, как кончается этот сон. Она видела его множество раз, но ни разу не досмотрела. Наверное, это хороший знак. Вендела повернула голову и взглянула в окно. Там серое утро, которое уже рассеивало черную ночь. На душе было спокойно. Вечерние сомнения рассеялись, и Вендела снова была уверена, что у них все получится.
LXXVI
LXXVI
Отчаливали около полудня. Солнце ярко светило, но совсем не грело. Прощались с семьями, давали напутствия и наставления. Кто-то обнимал детей, кто-то родителей, кто-то жен. Никто не плакал и не боялся.
Вендела, Йорген и Хэльвард прощались с Фрейей. Знахарка вдруг показалась Венделе такой постаревшей. Как будто вдвое больше стало звезд в ее волосах, а на лице прибавилось отпечатков горестей. Фрейя похудела, словно уменьшилась. Вендела почему-то только тогда увидела это, когда они прощались.
— Я надеюсь на вас, — сказала Фрейя детям. — Закончите эту войну. Отомстите за сестру, за наших богов и возвращайтесь. Возвращайтесь и привезите мне весть, что моя дочь погибла не напрасно.
— Хорошо, мама, — кивнул Хэльвард.
— Хорошо… мама, — медленно прошептала Вендела.
Лицо Фрейи смягчилось в улыбке. Она обняла сына и дочь, провела грубой, теплой рукой по их щекам. И отпустила. Растворилась, будто в тумане. И больше, как ни старалась, Вендела не могла отыскать ее.
Отчаливая, Вендела бросила взгляд на деревню. Она пережила там так много, что казалось, больше ничего не было, кроме моря, вика и этих дворов. Но это было много, даже больше, чем нужно.
Опытные моряки говорили, что уже к рассвету следующего дня драккар пристанет к вражеским берегам. Вендела с нетерпением и ужасом ждала этой минуты. Весь день она простояла на палубе, прокручивая в голове свой план от начала и до конца по сотне раз. Она искала, что может пойти не так, но все было идеально. И Вендела знала, что у них получится. Почему же на душе скребли кошки?
Незаметно и тихо подошел Хэльвард. У него был талант — приходить в самый нужный момент.
— Волнуешься? — спросил он, вставая рядом.
— Немного, — пожала плечами Вендела.
— Да, я тоже.
Они слушали, как корабль медленно рассекает волны.
— Хэльвард, — начала Вендела, — что бы ни случилось… Как бы все это ни закончилось, я хочу сказать тебе спасибо. Ты был для меня вместо нее. И если бы не ты, я бы умерла вместе с ней. Бринхилд сказала однажды, что один человек может стать для другого всеми девятью мирами. Тогда я не поняла, что это значит, а теперь понимаю. Ты стал. Спасибо тебе. За все. И что бы ни случилось, ты всегда можешь на меня рассчитывать. Во всех мирах.
Хэльвард бросил на нее быстрый взгляд, а потом улыбнулся, снова обернулся к морю и сказал:
— И тебе спасибо. Если бы не ты, я бы тоже умер вместе с ней. Теперь ты мои девять миров. Я всегда буду рядом.
Они обнялись и разошлись. Больше они не говорили.
Ночью, когда Хэльвард вместе с Ульваром и Рагнаром — своим специальным отрядом — садились в маленькую лодку, чтобы плыть раньше остальных, Вендела стояла на палубе в первом ряду и провожала его глазами. Сердце билось, губы шептали молитву. От их успеха — этих троих — зависел весь исход сражения. И у них должно получиться. Хоть бы получилось. Рядом с Венделой стояла Отталиа. Она, казалось, даже не волновалась. Лицо никак не выдавало ее чувств, но руки так сильно сжимали бортик, что побелели костяшки пальцев.