К иконе потянулись люди со всей округи. Теперь уже с утра до вечера здесь молились семьями и по – одиночке.
На Троицу приехал священник из Арзамаса. Отслужили молебен при большом стечении народу. После молебна Булай пригласил отца Арсения к себе в дом, закусить чем Бог послал.
– Что за знак такой, это мирроточение, отец Арсений? – спросил Дмитрий, уже когда они выпили по первой стопке самогону.
– На этот вопрос нет однозначного ответа – молвил священник. Бывает так, что мирр точится к счастливым событиям, а бывает и так, что он предупреждает о больших бедах. Ведь Богородица всегда о нас печется и все наши события, и плохие и хорошие вызывают ее слезы. Слезы радости, слезы печали.
– Хотелось бы думать, что это теперь к нашим большим победам. Ведь война на переломе.
– Наверное, это правда. Только и большие победы большой кровью нам обойдутся, вот и плачет она по каждому, кто свою жизнь положит. Но я вот что хочу Вам сказать. Теперь это место священное. Придет время, мы здесь храм построим. А пока, Дмитрий Степанович, оберегай его. Много еще шального люду по земле бродит. А такую бесценную реликвию обижать нельзя. Может, мы ее с собой в Арзамас возьмем? Сейчас у нас храм действует, там ей надежней будет. А Вам Николай Чудотворец останется.
– Не я хозяин иконы, отец Арсентий. Не могу такое решение принимать. И уж коли Богородица здесь нам знак подала, может ей неугодно будет никакое перемещение?
– Да, в этом Вы правы, Дмитрий Степанович. Будем надеяться, что святыня убережется. Что ж, я рад, что посельчане такую опору для себя обрели. Жить вам теперь легче будет.
46
Сов. Секретно
Тов. Камышину
Тов. Грибову
Рапорт о вербовке «Микроба»
В соответствии с Вашей санкцией нами осуществлена перевербовка агента ЦРУ «Микроба» – Бобровского М.Н.
В результате проведенной беседы Микроб сознался в сотрудничестве с американцами с 1992 года. В период с 1994 по 2000 год сотрудничество было законсервировано в связи с его невостребованностью в качестве источника информации и исполнителя специальных заданий. С 2000 года связь возобновлена и осуществляется только за рубежом, в основном в Чехии и Словакии, куда «Микроб» выезжает раз в 3–4 месяца. Особенностью является то, что после восстановления связи с ним работают сотрудники СИС, а американцы по его словам ни разу не появлялись. Это связано, как полагает сам «Микроб» с тем, что агентурная группа, в которую его включили, ведется англичанами. В данную группу кроме него входит гражданка РФ Софья Приделова, сотрудница радио «Свобода» проживающая в Праге и перебежчик СВР, бывший полковник Н.Деркач, осужденный судом РФ заочно на 20 лет лагерей общего режима. С Деркачем мы поддерживаем оперативные отношения, однако о том, какую роль играет «Микроб», ему неизвестно. Нам лишь известно, что данная агентурная группа является одной из ячеек, работающих над формированием антиправительственных сил в России. По сведениям «Микроба», С. Приделова выполняет также фукнкции по его дополнительному контролю. Она лично имеет задание устанавливать контакты с представителями российской легальной оппозиции, проводить их предварительное изучение и выводить на связь с англичанами. «Микробу» стали случайно известны фамилии лиц, с которыми Приделова встречалась в Праге. Среди них активист оппозиции Сергей Ружков, блоггер Андрей Повальный, некоторые другие функционеры оппозиции.
По сообщению «Микроба», в его функции входит подыскание и вербовка снайперов на особый период в РФ. Нескольких кандидатов он уже завербовал и продолжает работать над подбором. Сейчас он готовился обсудить нескольких кандидатов со своими оперативными руководителями.
Мы имеем основание предположить, что «Микроб» является не единственным источником ЦРУ и СИС, работающим над подобными заданиями. Считаем возможным использовать его для получения более подробной информации по данному вопросу и продолжить его связь с противником под нашим контролем в указанных целях.
Утверждаю.
47
Севка приезжает в отпуск домой
Родина встречала Севку теплым майским солнцем и терпким запахом разворачивающейся березовой листвы. Севка шел пешком с Окояновской станции по подсыхающей весенней дороге, обходя последние лужи и радостно улыбаясь осколкам солнца в их ряби. Он не был на родине почти четыре года с тех пор, как его мобилизовали в армию. Сколько же событий случилось в его жизни за этот срок, сколько он испытал, как изменился его взгляд на жизнь. Булай уходил в армию худеньким парнишкой с ржаной копной волос на голове и наивным взглядом на мир. Теперь по дороге широко шагал молодой офицер с обветренным лицом и жилистым ловким телом, с уверенным взглядом человека, не раз видевшего смерть и побеждавшего ее. Он был одет в новенькую, только что полученную на складе форму со скрипящей портупеей, через руку висела командирская шинель, а на плечах красовались непривычные еще погоны. Сердце же пело и ликовало – вот она родина. После выхода из окружения и переформирования Севка получил целых семь дней увольнения, и эти дни казались ему бесконечными.