Геринг давно существовал в мире, далеком от фронтовых будней и был не в состоянии понять весь ужас происходящего. Над «сталинградским котлом» витали призраки смерти, а он развлекался игрой в железную дорогу в своей игровой комнате. В его резиденции имелась игрушечная железная дорога площадью, превышающей площадь дворцового бального зала. Над бегающими по ней поездами висели самолетики, сбрасывающие игрушечные, но взрывающиеся бомбы с порохом. Эта игровая комната была гораздо ближе рейхсмаршалу, чем окопы Сталинграда.
Абвер сообщил в свою штаб-квартиру перехват телефонного разговора адъютанта Паулюса Вильгельма Адама и обер-квартирмейстера 6-й армии полковника Баадера:
«Адам. Согласно вчерашним донесениям, в «котле» теперь состоит на довольствии только 270 тысяч человек. Но и для такого количества далеко не достаточно перебрасываемого по воздуху продовольствия. Армия получает лишь небольшую долю своей минимальной потребности. Прямо сказать, это большое свинство, и виноват в этом в первую очередь Геринг. Он, видимо, как всегда, прихвастнул, заверил Гитлера, что военно-воздушные силы полностью обеспечат снабжение армии материальными средствами. Чтобы боеспособность армии сохранить хоть в какой-то мере, надо перебрасывать не менее 500 тонн. Следовательно, ежедневно должны были бы летать 250 «юнкерсов-52» с грузоподъемностью 2 тонны каждый. Ни разу не удавалось этого осуществить. Армию ждет тяжелейшая катастрофа, масса людей погибнет от голода, замерзнет, если наземная связь с котлом не будет восстановлена в кратчайший срок. Скажите, Баадер, почему армия сразу, в первые же дни, не прорвала еще слабое кольцо окружения и не пробилась на юго-запад? Конечно, это не обошлось бы без жертв, но главные силы были бы спасены.
Баадер:. Я знаю только одно. Командующий неоднократно просил разрешения на прорыв из окружения, но Гитлер каждый раз эти предложения отклонял».
Словно желая сделать положение окруженных еще более трагическим, руководство люфтваффе допустило неописуемый хаос при погрузке отправляющихся в Сталинград самолетов. Вместо того чтобы до предела нагрузить их продуктами, боеприпасами, медикаментами и теплой одеждой, министерство пропаганды додумалось перебросить окруженным 200 тысяч газет и листовок. Вслед за листовками нередко привозились ящики хорватских железных крестов для раздачи союзникам, вместе с немцами и румынами оказавшимся в Сталинградском котле. В большом количестве присылались перец и майоран. Но верхом издевательства стала отправка окруженным и замерзающим солдатам ящиков с презервативами.
Вместе с нелепейшими грузами в Сталинградский котел продолжали перебрасывать новых солдат, словно там без них едоков было мало. Считали необходимым вернуть в свои части солдат и офицеров, у которых отпуск закончился. Происходило все это в то самое время, когда хлебный паек окруженных уменьшился до ста граммов в сутки, и мясо сдохших лошадей стало их главной пищей. Советские зенитчики и летчики-истребители все туже стягивали кольцо воздушной блокады. После того как они стали сбивать большую часть пытавшихся добраться до Сталинграда немецких самолетов, немцы отказались от полетов в дневное время. А летать ночью могли далеко не все их экипажи. Армия Паулюса погибала в русских снегах, но Адольф не давал приказа на прорыв из окружения.
Манштейн также был не в состоянии чем-то помочь. Его танки встретили ожесточенное сопротивление свежих русских танковых соединений, и стали отползать назад. Теперь бронетехника рейха уступала советским танковым войскам во всем: и в броне, и в живучести и в скорости.
Т-34 становились хозяевами поля боя, а первые «Тигры» еще только сходили с конвейеров в Пльзне.
Паулюс знал, что его армия обречена. Он сидел в подвале сталинградского универмага в окружении своих генералов и беспощадная ярость точила его душу. Миллион людей гибнет сегодня только потому, что в Берлине сидит полоумный дегенерат, возомнивший себя величайшим полководцем всех времен. Моральный урод, не знающий основ военной науки, управляемый отклонениями собственной психики, равнодушный к чужим жизням, является вождем немецкого народа! И в эту беду немцы бросили себя собственными руками! Паулюс вспоминал свежий анекдот, облетевший армию в последние дни: Гитлер, не зная как быть со Сталинградом, посетил склеп Наполеона. Он отодвинул надгробный камень и спросил: «Император, ты воевал в России, ты знаешь русских, у меня проблемы под Сталинградом, скажи, как мне быть?