— Ему не удалось. Он забрал у меня так много… но не душу. Я не позволю никому забрать её снова.
Кая держал её крепко, молча. Знал, что в этот момент нужно просто быть рядом. Не говорить. Не решать. Просто дышать вместе.
И в этом молчании зарождалась новая жизнь. Без страха. Без тьмы. Без Альдо.
*****
Прошло несколько недель после смерти Альдо. Смерти, о которой в доме Верди старались не говорить вслух. Антонио заметно изменился — стал подозрительнее, мрачнее, но всё ещё считал себя неприкосновенным. Он был уверен: у него осталась только одна слабость — дочь. Адель.
И он не знал, что именно она и станет его концом.
Адель долго готовилась. Прятала эмоции, училась смотреть в глаза чудовищу, которое называла отцом. Она играла роль той самой покорной, сломленной дочери, что вернулась к нему после бегства с Кая. Якобы раскаявшаяся. Якобы уставшая.
Антонио принял её сразу. Слишком быстро. Он жаждал власти над ней больше, чем подозревал её в предательстве.
— Видишь, милая, — говорил он в одном из вечеров, сидя в кресле у камина. — Всё возвращается на круги своя. Семья — главное. Без неё человек ничто. Ты правильно поступила, что вернулась. Всё остальное — ошибка. Ты была запутана, но теперь ты моя. И всегда будешь.
Адель стояла рядом, с бокалом вина в руке. Она едва заметно кивнула, взгляд был потуплен.
— Да, папа… Я поняла.
В её кармане — пистолет. Маленький. Лёгкий. Как её воспоминания о Селестии, которую она едва помнила, но чья улыбка всё ещё жила в её снах. Как мамина рука, гладившая её волосы перед сном. Она слышала тот голос — «Адель, береги сестру» — снова и снова.
Сегодня она исполнит то, что должна была сделать давно.
Когда Антонио отвернулся, чтобы долить себе вина, Адель подняла руку. Пальцы не дрожали. Она смотрела на его спину — сутулую, властную, старую. И вдруг, он обернулся, заметив её взгляд.
— Что? — усмехнулся. — Ты на меня так смотришь, будто… будто не простила.
— Потому что не простила, — тихо ответила она.
Антонио замер. В его глазах мелькнуло удивление.
— Что ты сказала?
Адель сделала шаг вперёд. Пистолет был наготове, нацелен в его грудь. Он видел оружие, но не успел среагировать.
— Это за маму, — произнесла она. — За Селестию. За всё, что ты с нами сделал. За все лжи. За кровь.
— Адель, подожди… — его голос задрожал, он поднял руки, сделал шаг к ней. — Это была необходимость. Я защищал семью…
— Нет, — перебила она. — Ты убивал ради власти. Ради страха. Ради собственной выгоды. Ты разрушил всех нас. И теперь… я заканчиваю то, что ты начал.
Выстрел был глухим. Один. Чёткий.
Антонио отшатнулся, осел в кресло, в глазах — недоверие и боль. Он прижал руку к груди, пытаясь заговорить, но Адель уже смотрела на него с холодной решимостью.
— Уходи с этим в ад, — прошептала она.
Он захрипел. Глаза его стекленели. Последнее, что он увидел — лицо дочери, свободное от страха.
Адель медленно опустила пистолет. В комнате стояла тишина. Огонь в камине потрескивал, будто ничего не произошло. Она стояла спокойно, только в глазах — слёзы. Но уже не от боли. От освобождения.
Кая ждал её у машины за воротами. Когда она вышла, он увидел в её лице перемену. Спокойствие. Силу.
— Всё? — тихо спросил он.
Адель кивнула.
— Он больше не дышит этим воздухом.
Кая обнял её. Она позволила себе прижаться к нему, впервые за долгое время ощущая себя живой.
— Теперь мы можем жить, — сказала она. — По-настоящему.
Эпилог часть 1
Глава 1: После смерти Антонио
Кровь на её руках не была видна в темноте. Но Адель чувствовала её. Чувствовала, как она жжёт кожу, просачивается под ногти, оставляет несмываемую память на подушечках пальцев. Её дыхание было тяжёлым, будто каждое движение воздуха проходило сквозь слёзы.
Дом Верди остался позади. Она вышла через заднюю калитку, заранее отперев замок — туда, где редко ступала нога охранника.
В ушах звенела тишина. Ни крика, ни сирены. Только тишина, в которой жил её выбор.
Свет фонаря выхватил из темноты лицо Адель: уставшее, бледное, с покрасневшими глазами.
Только смотрела на него. И в её взгляде было всё — страх, боль, вина, одиночество. Он подошёл, положил ладонь на её щеку.
— Это конец, — прошептала она.
Кая обнял её. Словно хотел укутать от мира. Его руки были тёплыми, крепкими. Не осуждали. Не требовали объяснений. Только держали.
— Это начало, — ответил он.
На следующее утро Сицилия проснулась с сенсацией.«Антонио Верди найден мёртвым в своём кабинете. Убийца скрылся. Подозреваются конкуренты» — кричали заголовки газет.
Официальная версия была неполной. Все знали, кто такой Антонио. Все догадывались, у кого были причины. Но доказательств не было. Дом Верди был тщательно охраняем, камеры — отключены. Убийство выглядело личным. Легендарный бизнесмен был застрелен в упор, выстрел — один. В сердце.