Лиза, которая уже не могла сдерживать слезы, побежала в свою комнату, хлопнула дверью и крепко закрыла их на замок.
"Надоело! Надоело! Как же мне это надоело! - думала Лиза, оставшись одна в своей комнате. - Все эти скандалы и навязанные женихи... Не могу больше это терпеть! Но что же делать? Свободу завоевать можно только уйдя из дома."
Девушка смотрела в окно и рукавами вытирала слезы, которые так и катились по щекам. Как же хорошо на улице! Ранняя весна, апрель, деревья уже начали пробуждаться от сна, расправляя свои молоденькие нежненькие листочки. Так хотелось туда, на улицу, подальше от стен, которые насквозь пропитались отрицательной энергией ...Бежать! Срочно надо оставить этот дом, а помощи можно попросить у тети, она поймет! При мысли о тете у Лизы потеплело на душе. Конечно, она приютит ее, даст ей убежище, успокоит добрым словом. Лиза найдет себе новую работу и все будет хорошо. Так и сделает.
Девушка поспешно побросала в сумку самое необходимое, осторожно спрятала деньги поглубже. Решила не переодеваться, а идти в том, что на ней было. Выглянула из комнаты. На горизонте никого не было. Похоже, что родители закрылись в своей комнате - оттуда слышались их голоса. "Совсем от рук отбилась» - донеслось до нее. Лиза закрыла уши, чтобы ничего больше не слышать, и быстро вышла из квартиры, закрыв за собой дверь на ключ.
На улице было прохладно, если не сказать - холодно. Девушка натянула на голову капюшон, спрятала руки в карманы и пыталась идти быстрее. Все-таки холод пробрался сначала через одежду к коже, а затем и в душу. И как она не подумала? Сейчас же вечер, уже стемнело, а тетя живет в соседнем городе: пока доедешь до города, то и транспорт перестанет ходить. Ничего страшного, Лиза решила, что возьмет такси. А пока - подъехал трамвай, который отвезет ее к пригородному автовокзалу.
За окном трамвая городские огни вносили искорки счастья в темноту позднего вечера. Лиза невольно засмотрелась на эту красоту. Сначала огни были близко, но потом дорога, которая тянулась рядом с колией, нырнула куда-то вниз и взору открылось бескрайнее море огоньков, мерцающих где-то в дали.
Завороженная этой симфонией света и тьмы, Лиза окунулась в поверхностный сон. Этот сон был для нее привычным. Она видела его время от времени, но не понимала его значение. Как и прежде, Лиза шла по улицам города. Вокруг было много людей, но они, казалось, не замечали ее. Все вокруг было серым и унылым. И вот она снова увидела знакомое зеркало. Это зеркало часто ей снилось, но никогда она не видела в нем свое отражение. Но в этот раз сон несколько изменился. Лиза подошла к зеркалу и испугалась, увидев в нем себя.Она выглядела такой бледной, почти прозрачной, как призрак ... Только где-то в области груди, там, где сердце, виднелся какой-то маленький, едва заметный огонек, от которого шло тепло. Вдруг Лиза заметила бабочку. Она кружила вокруг девушки легким желтеньким лучиком и излучала тепло. Девушке захотелось коснуться ее, но не успела она хоть что-то сделать, как бабочка села ей на грудь, туда, где теплился огонек. Очень приятное, животворящее тепло разлилось по телу. Лиза видела это тепло в своем отражении в зеркале. Растекаясь, оно будто раскрашивало ее в яркие цвета. Тепло дошло до головы, глаза девушки радостно блеснули в отражении и ... она проснулась.Разница между теплым сном и холодной реальностью была поразительной. Еще больше Лиза была шокирована, когда поняла, что трамвай стоит на нужной ей остановке, скоро его двери закроются и он поедет дальше, увозя девушку далеко от вокзала. Лиза резко вскочила с места и сломя голову выскочила из вагона за мгновение до того, как его двери закрылись.
В это время, далеко оттуда, в одном помещении происходила тайная миссия спасения. По узкому, едва освещенному коридору медицинского университета бесшумной тенью крался молодой человек, который только что вышел из подсобного помещения, где хранятся швабры, метлы и другие принадлежности для уборки. Еще днем, когда в коридорах университета кипела жизнь, он укрылся в этом помещении и терпеливо ждал. Он ждал, пока все стихнет и в здании университета не останется никого, кроме него и охранника.
Вот теперь можно было выйти из своего укрытия и наконец сделать то, что было запланировано. Вот нужная дверь. Конечно, она закрыта. Но у юноши был заранее подготовлен ключ - привилегия человека, отвечающего за чистоту помещения. Парень наклонился к замочной скважине, бледный свет скользнул по его лицу. Через все лицо - от брови вниз, минуя светло-голубое, как ледяное озеро глаз, и снова появившись на щеке, а затем сползая на шею, змеей тянулся старый шрам - напоминание о грубой ошибке, которая сыграла в его жизни важную роль.