У Миры едва не дернулся глаз. Но внутри как что-то оборвалось.
Может, это отвращение?
Сглотнув густой ком в горле, Райз развернулась и побежала прочь.
Глава 11. "Верный признак"
Нет, об обиде не могло быть и речи.
Сидя в саду на крыше Академии, Мира держала в пальцах большую ягоду клубники, которую купила ещё в кафетерии. Она думала, что захочет её съесть, но в горло не лезло.
И нет, она не ревновала. Совершенно точно исключается. Что чувствовала в тот момент, когда увидела Адриана и ту девчонку? Ну, наверное, отвращение. Злость. Мира не знала. Это было что-то странное. В один момент ей захотелось оттащить девушку от Клейна, хорошенько ударить её головой о стену, а Адриану отвесить хук справа, и вырубить обоих.
Только и всего. Ну какая же это ревность? Это просто внутренний боксёр.
Особенно мерзко ей стало, когда на каждом шагу все обсуждали это. «Ой, а вы слышали?». «У Добермана новая подружка!». «Значит, его подопечная в прошлом?». «Конечно! Разве она могла продержаться так долго?». От одного воспоминания об их словах, Мире становилось нехорошо. Да пусть Клейн целует, кого хочет. Разве это ее дело?
Миру просто волнует, куда делось её настроение. Его уже не было весь день. Ещё и Релион с Эльке пристали к ней с расспросами. Лучше в своих отношениях разобрались, которых и нет даже.
Неожиданно рядом кто-то сел. Мира дёрнулась и повернулась налево — это всего лишь оказался Арту Бастлберг, без своего брата. Он не посмотрел на Миру. Только мечтательно устремил взгляд вперёд. Сад находился на самой крыше, под стеклянным куполом. Вокруг были скамейки, разные кустики, клумбы и деревья. В стрелянных стенах были двери на открытые террасы, где был балкон.
И Арту рассматривал небо. Ясное и голубое. Неожиданно он перевёл хитрые зеленые глаза на девушку.
— Дурно выглядишь, — уголки его губ поднялись. — Хвораешь?
Райз перевела взгляд куда угодно, но не на парня.
— С чего бы.
Почему ей показалось, что она врет даже сама себе?
— Да ладно тебе, — а вот он не спускал с Миры глаз. — Я видел твоё лицо, когда ты увидела Добермана и его вешалку.
«Вешалка». Это улыбнуло. Может, он не такой уж и плохой парень?
— И каким же оно было?
— Кто?
— Лицо. Какое у меня было лицо?
На секунду Арту задумался. Он сложил ногу на ногу, облокотился руками о колено и склонил голову, вздохнул. Глаза его стали задумчивыми.
— Потерянное. Будто ты такого не ожидала и жутко расстроилась.
— Я не расстроилась. Но да, я не ожидала, что он будет так мерзко лизаться с какой-то... Прямо в коридоре...
Арту резко выпрямился и нахмурился. Он возмущённо посмотрел на Миру.
— Да что с тобой? Не ожидала? Ты нормальная? — он наигранно усмехнулся. — Не ожидала от Добермана, что он будет приставать и встречаться с девушками?
Мира замерла.
— А чего ты ожидала? Принца на белом коне? Прости уж, но раскрой глаза. Он не принц, а дракон. И не на коне, а на Харлее.
Ей показалось, что рёбра в момент потяжелели и сейчас с хрустом обломятся. Захотелось согнуться по пополам и заползти в угол. Не слышать его слов.
Не верить ему. Ты знала. Ты знала, кто он такой.
Чего же ждала тогда?
— Я... Я от него ничего не ждала. — Мира через силу выдавила это.
Арту закатил глаза и фыркнул.
— Неубедительно. Только не говори, что он тебе не нравится. Сама-то себе веришь?
Мира резко вскочила со скамьи. Она сжала кулаки и со злобой посмотрела на парня, сощурившись.
— С какой стати ты вообще в это лезешь?!
Арту тоже вскочил на ноги и точно так же посмотрел на девушку, склонившись.
— Потому что я его чертов друг! Мы с ним такое проходили, тебе и не снилось. Я знаю его лучше всех, и, черт возьми, вижу, если с ним что-то не так.
Мира едва слышала его. В ушах пульсировала злость.
Она не соображала, что говорит.
— Н-да?! И что же с ним не так? А, дай-ка подумать! Он избивает людей и вечно шатается с какими-то бабами! И делает это, даже когда пообещал другой девушке быть мягким с ней! Да это отклонение настоящее, я права?
Она стиснула зубы. Внутри все вспыхнуло.
— Да, именно это с ним не так! Гребанный Доберман пообещал другой девушке!
Они оба глубоко дышали и глаз друг с друга не сводили. Но звон собственных слов заложил им уши.
Что же они наговорили?
Мира растерялась. Руки и ноги ослабли, и она обессиленно села на скамью. Арту прикусил губу, запустив пальцы в волосы, и тоже сел рядом.
На минуту они замолчали.
— Ладно, извини, — сказал он. — Ты пойми меня правильно. Я серьёзно не соображаю, что с Адрианом происходит.