Он отлепил её от себя, и стянул с дивана мягкое покрывало.
— Ну все, принцесса выпивки, остынь-ка.
Против её воли, Адриан локо замотал Миру в кокон из покрывала. Она мычала и сопротивлялась, но юноша был непреклонен. В итоге получилась замотанная Мира, у которой одна голова торчала.
Она начала ругаться и ерзать. Это было дико смешно, и она походила на гусеницу.
Адриан, не в силах сдерживаться, рассмеялся.
— Вот и лежи так. И запомни: только я могу делать эротичные вещи с тобой, когда ты не трезвая. К другим так не клейся.
Мира заворочалась.
— Эй! Что за шутки? Что ты там сказал? Не слышно! Громче! Блин, Адриан! Я же не гусеница! Это ты у нас скорее членистоногое, чем я...
Она продолжила ворчать, а Адриан устало осел на пол и запрокинул голову.
Сегодня творились странные вещи.
Глава 17
Небо заволокло тяжелыми тучами. Они были темно-синими, и вспыхивали фиолетовым, когда там или тут сверкала молния. Дождя не было, но глухие раскаты грома сотрясали небо. Ветер усилился, разнося листья по улицам.
Люди счастливо бродили по тротуару, вдыхая предгрозовой воздух и выгуливая собак. Продавцы в ларьках суетно готовились к тому, чтобы закрывать магазинчики.
Студенты Галлийской Академии и не думали прятаться. Они лениво развалились на ступенях своего здания, или осели на крыше, или стояли группами у ворот. Весело болтая о чем-то, они отдыхали в середине учебного дня.
Тем же занималась и Мира. Пять минут назад она и Арту, быстро сбегав в парк, купили по горячему кофе. Сев на скамью на территории университета, стали рассматривать небо и обсуждать погоду и всякие глупости.
— А ветер-то разошёлся, — сказала Мира, поправляя пряди волос, слетевшие на лицо.
— Ага, — кивнул Арту и прильнул губами к кофе. — Так что там? Как Лиам поживает?
— М? Так ты с ним знаком?
Арту глупо улыбнулся.
— С братом Адриана-то? Естественно. Они видятся примерно раз в три месяца.
Опустив взгляд вниз, Мира стала водить ногтем по крышке кофе. В голову полезли разные мысли, которые ей захотелось озвучить для Арту. Вопросы могли оказаться личными или странными, но интерес не мог оставить её.
— Слушай, — вкрадчиво сказала она. — М... А Лиам... Он вообще какой?
Бастлберг сощурился и покосился на девушку.
— Что ты имеешь в виду?
— Он странный немного, — пояснила Райз и наклонила голову в бок. — Чуток... Безумный, что ли.
Секунду помолчав, Арту рассмеялся и похлопал подругу по плечу.
— А, ты об этом! Да, он странный. Очень трепетно относится к нашему Доберману. Только он знает, что у Адриана в голове, ведь они росли вместе. Да и черт знает, что там с ним было, ведь отец их семейства терпеть не мог Лиама. А если учесть, что папа Адриана — сущее зло, то... Ух... Несладко ему было в детстве.
— А ты знаком с его отцом?
— С отцом кого? У них разные отцы. С папой Адриана — да, разумеется. Мы же вместе с Доберманом помогаем ему и выбиваем долги. Этот человек из тех, с которыми ссориться — плохая идея. Настолько плохая, что в один момент ты можешь очнуться, а у тебя ноги забетонированы, и прямая дорога в озеро.
От ужаса волоски на теле встали дыбом. Мира думала, что это только в сериалах бывает. В прочем, речь же идёт об Адриане. До встречи с ним, ей тоже сказалось, что красивые плохие парни есть только в женских романах.
— Но мать же общая? Она что, сына от мужа защитить не могла?
— Ты подумай сама, — уже серьёзнее сказал Бастлберг. — Она ему в подоле чужого ребёнка принесла, а муж согласился его растить, учитывая его лютый нрав. Думаю, она особо не возникала, с её-то чувством вины. Так что Лиам веселился в детстве.
Райз вспомнила, как разозлился Адриан, когда увидел её с фото в руках. С фото, где был он и его родители.
— Ты знаешь его мать лично?
Лицо Арту вытянулось от удивления.
— Нет, конечно! Ты о чем? Адриан даже не заикается о ней толком. Я знаю только, что она не живёт с ним и с Томасом, его отцом. Это тема табу.
На время они замолчали. Каждый остался думать о чем-то своём, потягивая свой кофе. Перед глазами появлялись секундные молнии, или был слышен гром. Арту опустил зеленые глаза на наручные часы. Мира обратила внимание на его костяшки: пробитые. Горбатого могила исправит, Арту никогда не будет спокойным парнем.
— Опа, уже 12:15. Мне через пять минут нужно быть в аудитории. Наш куратор хочет что-то сообщить и просил прийти раньше. Оставляю тебя на саму себя, Мирочка.
Арту встал, кинув пустой стакан в бак, помахал и, сунув руки в карманы, направился к входу в Академию. Он уже почти подошёл к ступеням, когда Мира окликнула его: