— Это не похоже на дружбу, — Бастлберг улыбнулся.
Адриан кивнул.
— Определённо. Вот тебя мне совсем не хочется поцеловать или затащить в кровать.
Арту ухмыльнулся и ткнул Клейна в бок по-дружески, Адриан только отпихнул его руку от себя.
— А если серьёзно? Она тебе нравится?
— Черт знает, — пожал плечами Клейн. — Я даже не знаю что это — «нравится». Я встречался много с кем, но в основном мне не было до них дела. Ну, особо не задумывался. Вообще, я связался с Мирой только чтобы проучить. Ты ведь помнишь, она врезала мне. Похоже, что-то пошло не так.
Наконец, Арту рассмеялся. Его очень забавлял Адриан. Он был человеком, который не думает, а просто делает. Обычно правильно, но иногда ошибается. А теперь встал в тупик.
— Адриан, не глупи. Я знаю, что вчера говорил тебе Лиам. Ты отрицал, что любишь её. Но мы все трое видим кое-то другое.
— Кто это — вы трое?
— Я, Лиам и Янне.
— Прекрати! — вспылил Адриан и закатил глаза. — Ко мне брат с этим лез, теперь ты?
Арту чуть приблизился и глянул на друга серьезно.
— Нет, просто выслушай меня, а решение примешь сам. Ладно?
Клейн кивнул. Он стал нервничать, потому что понимал, что услышит сейчас то, из-за чего будут проблемы. Бастлберг лишь деловито стал расхаживать туда-сюда. Их волосы трепал прохладный ветер. Янне пока не было слышно.
— Помнишь тот случай, когда мы подрались? Ты как бешеный с цепи сорвался, когда увидел, как я целую Миру. Все зубы мне чуть не повыбивал. Не отрицай, но ты ревновал. И тот момент, когда её чуть не избили. Ты тех парней размазал по асфальту. О! А ещё когда ты полез в квартиру к её брату, чтобы выяснить с ней отношения. Кстати, ни одной девушке ты бы не уступил, а с ней выстроил целую кучу компромиссов. И того: ты её защищаешь, оберегаешь, ревнуешь, и, естественно, хочешь. И она ночевала у тебя кучу раз в одной постели с тобой. Не помню, чтобы хоть одна пассия удостаивалась этого.
У Арту был такой вид, будто он защитил докторскую по нейропсихологии: очень гордый. Он выдал действительно внушительную тираду, пытаясь промыть Адриану голову.
Нет. Скорее, открыть глаза на правду.
Адриан не знал, что ответить. Он слушал, и мысленно пытался объяснить каждый свой поступок, связанный с Мирой. Но не мог. Тогда он просто делал, и все. Потому что хотел. Хотел её защищать, не хотел обижать и расстраивать, поэтому соглашался на все её предложения, типа «не будь грубым и злым».
Так же он вспомнил ту ночь, когда Мира перепила и стала приставать к нему, а Адриан отвертелся от неё. Потому что он хотел от неё полной искренности, когда она трезвая.
Это все похоже на...
— Я... Я её... Люблю, что ли?
Видимо, даже Арту удивился такому вопросу.
— Ну, похоже на то, брат. Стал бы ты так напрягаться из-за обычной девчонки? То, что ты делал ради неё — довольно сильные вещи. Даже мы с Янне с ней сблизились.
Да, Бастлберг был прав. Но разве такое возможно? Разве наглый, самовлюблённый и чрезвычайно проблемный Доберман может полюбить кроткую и милую девчонку, обычную блондинку? Что в ней было такого, что сносило ему крышу?
Почему иногда Адриан ясно ощущал, что скучает по её большим зелёным глазам, ровному дыханию, насмешливой улыбке и голосу? По её коже и жасминовому запаху?
У него не было инструкции «Как понять, что ты втрескался по уши».
Адриан Клейн влюбился в первый раз.
Жуткое осознание плачевного положения пришло к нему лишь спустя минуту. Он округлил яркие голубые глаза, а на лице отразился ужас. Адриан посмотрел на Арту, и испуганно произнёс:
— Черт, черт, черт. Похоже, я люблю её. Походу, у меня проблемы. Что мне делать? Арту, что я должен сделать?
Сильно удивлённый Арту Бастлберг только открыл рот.
Неужели он дожил до этого момента?
— Адриан, я не...
До их ушей донёсся громкий рёв нескольких моторов.
***
Когда стукнул час дня, Мира уже подбиралась к старой части города, на краю юга. Она медленно перекручивала педали синего велосипеда, озираясь по сторонам. Жутко было оттого, что вокруг почти не встречались люди. А если и встречались, то косились на нее, как на врага народа.
Это был неблагополучный район Мельбурна, поэтому Мира выглядела тут неуместной. Она была чисто одета и причёсана: волосы собраны в легкий хвост, на плечах нежно-розовая замшевая куртка, белая водолазка без горла с вырезом, черные джинсы и белые вансы. Вокруг же ходили какие-то нищие и оборванные.
Может, ей не стоило ехать? Нет! Она должна была. Уж слишком подозрительно резко Адриан сменил свои планы. Нечисто. В корзинке, прикреплённой к рулю, Мира везла воду и полотенца. Взмокший и уставший (а иногда и в крови), Адриан всегда вытирается полотенцами и выпивает всю воду залпом.