Он вновь подошёл к Мире вплотную, и склонился к ней. Она отвернулась, чтобы уйти, но Адриан насильно повернул её лицо к себе. Вновь впившись в её губы, его рука спустилась вдоль спины девушки и чуть сильнее прижала к его длинному крепкому торсу. Мира почувствовала, что у неё подгибаются колени. А ещё вторую руку Адриана. Он неспешно поднимался по её животу вверх. Его ладонь остановилась на её груди и слегка сжала её, поглаживая.
Мира не выдержала и тихо-тихо застонала. Это было выше её сил.
И Адриан резко остановился. Он глянул на неё, самодовольно ухмыльнувшись и сказал:
— Я же говорил.
Ей стало жутко некомфортно. В пяти метрах от них проходила престарелая женщина. Она недовольно крикнула:
— Эй вы! Постыдились бы такое делать на улице!
Пусть и было темно и безлюдно, но эта тётка как-то углядела.
Адриан сделал испуганное лицо и резко отскочил от покрасневшей Миры.
— Тетушка, да эта извращенка домогалась меня! Куда деться не знаю, — наигранно произнёс он и весь сжался.
У Миры едва не отвалилась челюсть. Женщина выругалась и проковыляла куда-то, а Адриан снова облокотился о стену и пожал плечами.
— На улице темень такая, а она все равно увидела. Держу пари, эта старуха специально искала кого бы прижучить. Согласна?
Мира сжала кулаки и топнула ногой.
— Не согласна! И вообще отстань от меня! Нормальные люди не целуют других людей просто так!
— Но мы не нормальные люди, Мира, — выдохнул он. — И я могу делать что угодно с тобой. Сегодня я показал, что тебе придётся делать для меня.
— Ты животное, — проскрипела Мира зубами.
Адриан подошёл к ней и облокотился рукой о стену над её головой. Он навис над ней.
— Правильно. Я — Доберман, мне чуждо все человеческое. Я делаю, как нравится, и мне плевать на мораль. И беру то, что хочу. Захочу — и возьму даже тебя. Нет. Уже взял.
У девушки забилось сердце. От Адриана пахло сигаретами, мужским парфюмом и чем-то необычным, присущим только ему, Адриану.
Объективно говоря, он был красив. Его лицо, тело и волосы, глаза, руки. Он очень вкусно пахнет.
Жалко только, что человек он был отвратительный.
Мира покраснела и отвела от него глаза.
— Не зли меня, и я буду снисходителен к тебе. Ты же знаешь, — на губы залезла злая улыбка, — я могу быть сущим дьяволом.
Он быстро поцеловал девушку в шею и ловко соскочил с крыльца. В вечерней темноте горела его красная толстовка.
— Увидимся завтра, куколка, — махнул он рукой и добавил: — Чтобы завтра принесла мне что-нибудь вкусненькое. Не умеешь готовить — принеси себя. Аревуар!
Адриан развернулся и зашагал прочь.
— Чтоб ты провалился, чертов пёс! — выпалила Мира в сердцах.
Она прытко заскочила в подъезд и оказалась в лифте. Сердце её стучало как сумасшедшее. Прислонилась руками к лицу — щеки горят.
Нет, теперь ей точно крышка.
Глава 4
— И как же это произошло?
Мира попала на трибунал. Перед ней, в просторном кафетерии, сидели Релион и Эльке. Они оба, скрестив руки, уставились на свою подругу. Что их интересовало — вполне понятно. Как юная и милая девушка типа Миры Райз попала в подопечные грубому и наглому Адриану Клейну? Почему он выбрал именно её, притом, что обучался в Академии уже два года и ни разу не был ничьим покровителем?
— Кто знает, — ответила Мира разом на все вопросы. — Я не знаю, что у него в голове.
— Пустая она у него, — ухмыльнулась Эльке. — Он такие вещи ужасные творит, людей избивает, девушек бросает направо и налево... Пустоголовый, одним словом.
Райз покачала головой.
— Нет. Я уже успела убедиться, что он умен. Очень. Вычисляет все вещи проще простого. Знает каждый мой шаг наперёд... С ним непросто будет справиться.
Релион Вуд улыбнулся и сложил голову на ладони, уставившись на Миру.
— А он тебя заинтересовал, Мира, — Эльке тоже улыбнулась. — Ты говоришь о нем так... Необычно.
Что-то у неё внутри екнуло, и девушка сразу покраснела. Появился резкий протест в голове. Мира вскочила из-за стола и хмыкнула:
— Вот уж сказки! Я даже не хотела становиться его подопечной. Это унизительно. — Она направилась к выходу. — Чтобы Клейн платил за мою учебу и издевался надо мной? Лучше убейте!
Райз вышла из кафетерия. Она шагала вдоль коридора, подправляя пуговицы своего белого вязаного кардигана, который был больше на пару размеров. Под ним была рубашка с галстуком, которая торчала внизу. И обычная чёрная плиссированная юбка. На груди была эмблема буквы «W», то есть «White», Белые. Вечная жирная черта между богатыми и обычными людьми.