- Понимаешь, вляпываются решительно все. И нет ничего плохого в том, чтобы попросить о помощи. Родители же не знают, так?
- Нет. Я думаю, они бы отнеслись без понимания.
- А вдруг наоборот? Но, впрочем, наверное, тебе виднее. В любом случае, пока тебе ничего не предъявили, а дальше мы поборемся.
- За что?
- За объективное отношение к ситуации, за то, чтобы учли все обстоятельства, и за тебя вообще, - усмехнулся Анатольич, тормозя возле подъезда.
- Спасибо, - выдохнула Дарина. – Я бы сегодня сама не вывезла никак.
- Но вывезла же в итоге? Это главное, я думаю. До завтра.
- До завтра, - попрощалась Дарина и пошла к подъезду.
Анатольич ещё дождался, пока она откроет его и войдёт, и только потом завёл машину.
- Поехали, что ли. Татьяна в театре?
- Да, сегодня спектакль.
- Еда дома есть?
- Должна быть, - чего это Анатольич интересуется?
- Значит – домой, поесть и спать. А завтра в училище на такси, деньги есть?
- Почему на такси? – не поняла Вита.
- Потому что мало ли, что ещё случится. Я вообще уже не узнаю свою группу, и не понимаю, в какой момент что пошло не так, - усмехнулся Анатольич. – У меня было два десятка обычных студентов – прилежных, старательных, расхлябанных, балбесов, всяких. А кто у меня теперь – я никак не могу понять. Но это ж не повод не выгребать из непростых обстоятельств, правда же?
- Наверное, - согласилась Вита.
- И поэтому – на пары на такси, а как дальше – сообразим уже на месте.
- Ладно, - не стала спорить Вита. – Так и сделаю.
Потому что и вправду – мало ли? Наверное, ему виднее.
В их дворе было не протиснуться – везде машины, но Анатольич смог.
- До завтра, и чтоб никаких больше приключений, хорошо?
- Хорошо.
39. Последние приготовления
Суббота. День великой вылазки
Впоследствии Вита практически не помнила ничего из той субботы – до вечера. Какие-то отрывочные воспоминания. Потому что впала в какое-то странное, совсем ей обычно не свойственное состояние. Не действие, но созерцание, как-то так.
Оказывается, накануне вечером Анатольич связался с Татьяной, и велел ей всё проконтролировать. Татьяна встала утром вместе с Витой и первым делом спросила:
- Что там у вас вчера случилось? Валентин не раскололся, но я так понимаю, что есть ещё какие-то новости, так?
Пришлось рассказать – что случилось.
- И честно, это история Дарины, не моя, - качала головой Вита, но кажется, не убедила сестру совершенно.
В итоге именно Татьяна вызвала такси и даже поехала с ней до училища. И сообщила Анатольичу, что они выехали, и держала всю дорогу на коленях зеркало, и Анатольич поджидал их на ступенях. Улыбнулся Вите. Поздоровался с Татьяной.
- Пошли, доведу до аудитории, - подмигнул ещё.
- Держи в курсе, поняла? – Татьяна строго посмотрела на Виту, Вите осталось только кивнуть.
И уже когда они заходили в здание, Вита увидела подошедшего Егора – тот с изумлённым видом наблюдал. Но не догнал и не сказал ни слова.
В аудитории поджидали девчонки, смотрели вопросительно. Но Вита поздоровалась и улыбнулась Ольге:
- И что, как там у вас вчера сложилось?
Та фыркнула, впрочем, добродушно.
- Отец маму не уговорил, она долго бурчала, что ей делать больше нечего – только ходить с ним по ресторанам. И тогда сыграла его вторая задумка – привезли ужин, и он сам накрывал на стол, и просил Петю помогать, и тут уже мама не сопротивлялась, только ехидничала, что, мол, развод-то животворящий с мужчинами делает. И мы сидели за тем столом, и это было почти как раньше – ржали, рассказывали всякие истории, что у кого случается, я даже пожалела, что вот это наше пока рассказывать нельзя.
- Ничего, уже скоро будет можно, - Инга похлопала её по плечу.
А Вита взглянула на Дарину. Та отчаянно делала вид, что всё в порядке. Еле заметно пожала плечами. Наверное, её пока ещё никуда не вызвали? И вообще, суббота ведь?
Пришла Ксения Петровна, хмуро всех оглядела. И сказала, что сегодня занимаемся практическими вопросами из экзаменационных билетов – что именно нужно будет выполнить в каждом конкретно случае. Это оказалось необыкновенно нудно, но, наверное, полезно, думала Вита – потому что хватало таких, кто до сих пор не понимал, с какой стороны к тем вопросам подступаться, что с ними ни делай. И Ксения Петровна шла прямо по порядку – называла вопрос, называла, кто объясняет, что будет делать, и в некоторых случаях даже просила не только объяснить, но и показать. Тридцать билетов, в каждом два практических вопроса, и далеко не все могли сразу говорить по делу. Но Ксения Петровна терпеливо просила уточнить, начать сначала, если путались и говорили чушь, собраться с мыслями и показать, что всё знают и умеют.