— Тогда готовься к свадьбе, моя будущая, единственная и любимая жена, — решительно и твердо сказал я, гладя её по волосам. — А за безопасность нашей семьи я спрошу с каждого так, что небо содрогнется.
От автора:
Конторович и Гуров отправляют современного сапёра в 1941-й — к мосту, который нельзя отдать немцам.
https://author.today/reader/597720
Глава 8
Петербург
1 октября 1725 года
Первое историческое заседание Академии наук я открывал лично. В Летнем дворце яблоку негде было упасть от напудренных париков и расшитых камзолов. Русские чиновники уже почти полностью отказались от париков, или собираются это делать, когда волосы чуть отрастут, а то многие на бритые головы носили парики. Так что скоро иностранца и русского уже по этому принципу можно будет отличить.
Поставили стулья, а не скамьи, сделали небольшую кафедру, чтобы возвышаться. Поставили президиум, посадили академиков. Вот… и я тут, среди них затесался. Хотя уверен, что моих знаний хватит, чтобы считаться академиком. Не честных, сложенных из опыта и кропотливой работы многих поколений ученых. Но я теперь император, а это не о честности, не о совести к кому-то абстрактному — это об эффективности и о заботе о реальных, ныне живущих, людях.
Вдоль стен выстроились писари, у каждого своя парта. Они без устали скрипели перьями, причем фиксировали не только мои слова. После проведенной с некоторыми из них беседы о том, что такое настоящий художественный и репортажный стиль, они старательно описывали в протоколах саму обстановку, детали интерьера и даже пытались передавать эмоции людей, собравшихся в тронном зале.
Я требовал живые статьи, чтобы их читали, как книги, малые рассказы. Так информация лучше запоминается, укладывается в сознании людей, большинство из которых не образованные вовсе, или «чему-нибудь и как-нибудь».
Но теперь-то мы будем учить основательно, хотя бы по нынешним временам, качественно. Не зря же тут собрались академики и будущая профессура Петербургского университета.
— Русская наука должна быть исключительно прикладной! — громко заявил я, оглядывая аудиторию. — Что означает сие требование, вам сейчас подробно переведут толмачи, но я поясню суть. Наука обязана служить на пользу государства. С одной стороны, любые открытия в механике, в химии, в металлургии и иных дисциплинах должны немедленно идти на мануфактуры и заводы, дабы ковать военную и экономическую мощь нашей державы, нашего Отечества.
Я выдержал паузу, вглядываясь в лица приглашенных иностранных светил.
— С другой же стороны, нам жизненно необходима история. История державности русской! Славная, великая история, идущая от наших корней, а не от немцев каких-нибудь заезжих, пытающихся доказать, будто мы сами управлять собой не могли. Мы должны искать и находить то, в чем были поистине велики наши предки. И кто напишет сие — русский ли человек, немец ли, француз — мне без разницы. Если труд будет честным и государству полезным, мы и деньгами щедро осыплем, и почестями не обделим. Главное — службу свою выполнять так, как должно.
Я еще раз тяжелым, цепким взглядом оглядел именитую профессуру и свежеиспеченных академиков, прибывших в Петербург со всей Европы.
Я не питал иллюзий. Я прекрасно понимал, что они приехали сюда отнюдь не для того, чтобы на славу работать ради возвеличивания неведомой им России. Они прибыли, чтобы получить легкие, шальные деньги. Кто-то клюнул на обещанные безграничные возможности и великолепно оснащенные лаборатории. Они мечтали о сытой, спокойной жизни, где никто не будет их дергать, а они смогут неспешно философствовать, выдавать абстрактные научные трактаты и тщеславно публиковаться в Европах за русский счет.
Но их ждало жестокое разочарование. Здесь им придется пахать на империю.
— В самом скором времени будет учрежден «Вестник Академии наук», — продолжил я, чеканя слова, чтобы переводчики успевали доносить смысл до иностранных умов. — Каждый из вас вменяется в обязанность минимум два раза в год публиковать в нем обстоятельную научную статью. Вы будете подробно описывать, чем именно занимаетесь и какие практические открытия были вами сделаны. Кроме того, когда откроется университет, каждый из вас будет нагружен профессорской работой и чтением лекций. Так что сидеть без дела, потягивая вино за казенный счет, здесь никому не придется.