Что же касается самогипноза, то до сих пор мне не приходилось слышать о том, чтобы кто-нибудь в ходе самотерапии умудрился причинить вред самому себе. Главное — не забывать о том, что любое внушение, направленное на изменение физического состояния организма, должно быть снято до момента пробуждения.
Настоящая книга ни в коей мере не претендует на роль научного исследования. Тем же из вас, кто всерьёз заинтересовался гипнозом и хочет узнать о нём побольше, я бы рекомендовал обратиться к специальной литературе.
Причин тому несколько. Во-первых, как уже было сказано, подавляющее большинство специалистов знают о гипнозе ненамного больше своих пациентов. Появившиеся в последнее время многочисленные «предостерегающие» статьи (авторы их, психиатры, возражают против того, чтобы гипнозом пользовался кто-либо, кроме самих психиатров), мягко говоря, улучшению ситуации не способствовали.
Есть причины и более прозаические. Одна из них связана с относительной продолжительностью гипносеанса. Сегодняшний средний американский врач, привыкший «обслуживать» по 40–50 пациентов в день (не говоря уже о тружениках «конвейерного» типа, пропускающих через свой кабинет ежедневно по 80–90 человек), явно не готов каждому из них уделять минимум по 30–40 минут.
И всё же главное, что мешает широкому внедрению гипноза в медицинскую практику, это вопиющая безграмотность в этой области подавляющего большинства наших врачей. Основные аспекты — этой действительно серьёзной проблемы хорошо вскрыты доктором Дэвидом Чиком, одним из ведущих специалистов в области гинекологии, который уже многие годы использует в своей практике методы гипнотерапии. Согласно результатам исследований, проведённых недавно в Калифорнии, из 930 опрошенных психиатров лишь 50 прибегнули к гипнозу хотя бы однажды, и только 20 нашли в применении его для себя какой-то смысл. Будучи лично знаком с каждым из этих двадцати, смею утверждать: эти люди овладели методом гипноза мастерски, принося поистине неоценимую пользу своим пациентам.
Различают три стадии гипнотического погружения: лёгкую, среднюю и глубокую. В состоянии лёгкого транса наблюдаются: глубокая мышечная релаксация, апатия, тяжесть во всех членах, заметное подрагивание зрачков под опущенными веками. Возможен эффект каталепсии («застывания» в искусственной позе вследствие сильного мышечного напряжения или, наоборот, полной расслабленности). Выполняются основные гипнотические тесты («глаза не открываются», «невозможно расцепить пальцы»). Возможна частичная возрастная регрессия.
Для среднего уровня погружения характерны: расслабленность, апатия, каталепсия. Соответствующими внушениями могут быть вызваны местная анестезия и (по пробуждении) частичная амнезия. Подсознание способно взять на себя контроль за некоторыми физиологическими функциями организма (такими, например, как слюноотделение). Гипнотическим внушением приостанавливается кровотечение.
В глубокой стадии гипноза возможны: сложные галлюцинации с участием всех пяти чувств, полная возрастная регрессия, местная анестезия и полная постгипнотическая амнезия. Восприятие субъектом хода времени на этом уровне резко искажено.
Под гипнозом на любых стадиях погружения сохраняются раппорт (способность к общению с гипнооператором) и восприимчивость к постгипнотическим (то есть задаваемым на будущее) внушениям. Эффективность последних с увеличением глубины погружения возрастает. Определить, на каком из трёх уровней находится субъект, можно не только по внешним признакам (они-то как раз варьируются в зависимости от особенностей психики индивидуума), но и путём идеомоторного самоопроса — впрочем, об этом мы поговорим чуть позже.
Важнейшую роль в самотерапии играет явление частичной возрастной регрессии; суть его состоит в способности подсознания воскресить в памяти событие далёкого прошлого, но не просто «вспомнить» его, а всеми пятью чувствами как бы прожить заново. Полная возрастная регрессия, или ревивификация (она возможна только в глубоком трансе и почти никогда не достигается в самогипнозе), переносит человека в прошлое полностью, «без остатка». Субъект перестаёт узнавать оператора, поскольку весь «последующий» отрезок жизни (от переживаемого момента до настоящего времени) в памяти его как бы стирается, временно перестаёт существовать.