– Дорогой друг, мы знакомы с тобой почти всю жизнь, – он остановился и вытер слезу, – три года! Для кого-то это ничего, а для меня это срок. Как на зоне.
Ещё немного проясню ситуацию. Город далеко в заМКАДье. Там один градообразующий завод и четыре зоны. Поэтому люди все простые, без затей и степеней, зато душевные. Давайте не перебивать Виктора.
– Я хочу поднять эту рюмку за тебя и твои глаза. Они такого же цвета как у моей бабушки, – возникла пауза и он начал плакать, видимо, вспомнил бабушку. – Извините, я спросил вчера у своей бабушки, что подарить хорошему другу. Она вытащила из своей тумбочки вот этот одеколон «Гранат» 1956 года. За тебя, за бабушку и за «Гранат».
Все выпили. Это была третья рюмка. Слово предоставили мне. Я взял гитару. Сказал, что лучший подарок – это песня. Дочка на ухо попросила не делать этого, но у меня уже открылись суперспособности. Я спел «Девочку» Мумий Тролля. Виктор плакал. Мы выпили. Витя попросил спеть ещё, и понеслось…
Начался мой творческий вечер. Я пел и пил одну за одной. Понимал, что нужно поберечь нежную психику Виктора и сделать паузу. Поднялись какие-то ребята с первого этажа и попросили гитару. То ли даже там начали уставать от моего творчества, то ли обычная зависть. Тосты продолжились. Потом кто-то сказал, что с песнями было веселей. И надо бы вернуть гитару. Моя суперспособность нравилась!
Мы с братом спустились вниз. За столиком сидела компания, человек шесть, с нашей гитарой, и пели песни. Нас тут же посадили рядом, налили, и как-то так получилось, что мы начали петь песни, которые я раньше никогда не слышал. Тут включилась суперспособность моего брата. Он очень странно шутит. Очень. После очередной песни раскаченный парень, в тельнике, лет тридцати, спросил, что ещё спеть. Блондинка рядом сказала:
– Миш, спой из «Голубых беретов» что-нибудь!
И тут вмешался мой брат:
– А чо, голубые ещё и поют?
Ладно бы сказал глупость, так он и начал ржать как ненормальный, а ещё хуже – объяснять свою супершутку.
– Ну голубые, заднеприводные… певцы!
Ребята как-то нервно посмотрели в его сторону. Михаил отложил гитару в сторону и начал зачем-то разминать пальцы. На пальцах было набито: «За ВДВ!» Повисла пауза. Стало страшно. В какой-то момент влетела жена брата. Без слов схватила гитару, нас и со словами: «Вас все там ждут!», потащила наверх… Мы были не против и, насколько позволяли приличия и желание сохранить хорошую мину при плохой игре, побежали за ней. Сзади было слышно что-то вроде «блин, погоди» и «мы не договорили»…
Мой бенефис продолжился. Я спел всё, что знаю. И вот что странно, обычно мои суперспособности работают до двенадцатой рюмки максимум, потом срубает. А здесь выпил рюмок сорок. И пел, пел. Водка не брала меня. Ближе к концу вечера Витя решил освежиться одеколоном бабушки «Гранат» и попросил брата. Брат побрызгал ему на руки. Витя нанёс одеколон руками на лицо и опять начал плакать. Как оказалось – от невыносимых воспоминаний. Запах бабушкиного «Граната» был похож на запах «Черемухи», которую в 90-х милиционеры иногда использовали, чтобы разогнать фанатов местного футбольного клуба. Витя попросил выпить. Я был рядом и протянул свою стопку с водкой. Витя выпил и заорал:
– Блин, да это же вода!
Я строго посмотрел на дочку. Дочка улыбалась. Похоже, моей суперсилой была она!
Блокчейн
Карточный долг – превыше всего. Правда, когда ты играешь в онлайн-казино, на законы чести можно смело забить. Смирнов был по уши в долгах не только во всех онлайн-казино мира, но и у всех родственников, друзей и у друзей его друзей. Младший научный сотрудник в институте генетики, он расшифровывал ДНК дрозофилы, пока друг не попросил написать прогу, которая «обула бы все эти онлайны». Друг работал поваром в институтской столовой, и Смирнова сильно замотивировала фраза: «На вот, попробуй шницель и напиши код, чтобы их деньги стали нашими». Как вы понимаете, всё решил шницель в панировке.
Смирнов написал. Если смотреть на результат работы программы, то фраза про деньги сработала с точностью до наоборот. Он не только проигрывал все свои деньги, но ещё и все деньги друга-повара. Во время обеда они пили компот из сухофруктов и подводили итоги очередного дня работы программы:
– Слышь, Смирнов, я больше не буду воровать мясо из холодильника столовой. Его трудно продать.
– Блин, нужно хотя бы сорок косарей. Я код изменил. Ща попрёт.
– Остановись, я уже машину продал. На тебе столько кредитов висит, что тебе ни в жизнь не рассчитаться. Это ж надо додуматься: занять деньги в надежном банке на остановке автобусов. Сегодня два бугая приходили из этого серьёзного заведения.